Осел остается ослом

Меня как-то спросили в ешиве: постановляет «Шулхан Арух» («Орах Хаим», 1:2), что каждому Б-гоязненному человеку подобает горевать о разрушении Храма. А что — тот, кто не Б-гобоязненный, ему не нужно горевать об этом? И ответили: конечно, нужно. Но что поделаешь, если ему отсутствие Храма не болит?

По этому поводу рассказывают, что один крестьянин вернулся домой после урока в Шаббат а-гадоль (Шаббат перед Песахом – прим. пер.). Обратился к жене, встревоженный: «Рав сказал, что в Нисане мы были избавлены из рабства, и в Нисане же придет Геула - великое Избавление! В этом месяце придет Машиах, и поведет нас всех в Землю Израиля! А что будет с нашим домом, который мы построили в поте лица, что с коровами и курами, огородом? Все придется оставить!»

«Эх ты, маловер! – упрекнула его жена, — Всевышний спасал нас от стольких бед, спасет и от этой беды!»

Упреки всегда неприятно слушать, а от жены – тем более. Так что он тут же переменил мнение: «Знаешь, может, это не такая уж и беда! В конце концов, казаки все время нападают и грабят нас! Вон, на той неделе зарезали двух коров и отняли кур!»

Что верно, то верно. Может, действительно, лучше пусть придет Машиах, и переехать в более безопасное место?

Задумалась жена, и нашла выход из положения: «Знаешь что? Давай просить Всевышнего, что, когда придет Машиах, пусть заберет казаков в Землю Израиля, а мы останемся тут, будем жить спокойно…»

А теперь зададим два вопроса. Первый – какое все это имеет отношение к недельной главе Балак? Кроме того, что ее читают в начале трех недель траура по разрушению Храма.

А второй вопрос – почему это так? Почему нас не интересует Геула? Горе нам, ведь в день Суда один из вопросов, которые нам зададут, будет «Ждал ли ты Избавления?»

Я слышал от одного человека, который участвовал в большом съезде «Агудат Исраэль» в Вене. Хафец Хаим был тогда уже очень пожилым, он сидел на стуле, а вокруг него толпилось множество народу, желая услышать его высказывания. Мой знакомый тоже пробрался поближе, и успел услышать одну фразу: «Каждый день, в молитве Амида, мы стоим и просим: “Росток дома Давида, раба Твоего, поскорее взрасти и возвысь его в Избавлении Твоем; ибо на Твое спасение мы надеемся беспрерывно”. Мы действительно “надеемся на Твое спасение”? Действительно – “беспрерывно”?»

Это то, что он услышал, и очень долго ему было над чем размышлять…

А ответ на первый вопрос мы получим, ответив на второй.

Как известно, есть разные уровни творения: неживая природа, растения, животные, и выше всего – человек, «говорящий». Один-единственный раз за всю историю мира животному была дана возможность говорить. Ослице Билама! Наконец-то она могла сказать своему хозяину все, что она о нем думает. Могла говорить с ним на равных. Что она должна была сказать? Несколько слов: «А ну-ка, слезь с меня!» По какому праву ты властвуешь надо мной, запрягаешь, едешь на мне? Давай поменяемся!

А она что сказала? «Я ведь твоя ослица», зачем ты меня бьешь?

Запрягай меня, нагружай, я согласна тебя везти, но будь милосердным, не стегай…

Почему? Потому, что осел остается ослом.

Рассказывают, что однажды русский царь осматривал строй казаков. Прошелся между двумя рядами солдат, стоявших навытяжку, в отглаженной форме и начищенных сапогах. Они поднимали свои сабли и скрещивали над головой царя. Неожиданно один сумасшедший казак опустил свою саблю на голову царя, желая зарубить его. Стоявший напротив среагировал со скоростью молнии и отбил удар. Жизнь царя была спасена. Покушавшегося на царя тут же схватили и оттащили оттуда. С ним все ясно, ему конец.

Царь же проявил железную выдержку. Продолжил свой путь до палатки командиров, и приказал привести к нему казака, который его спас.

«Как тебя зовут?» – спросил он его.

«Рядовой Владимир, Ваше величество!»

«Ты спас жизнь своего царя».

«Это моя обязанность и заслуга, Ваше величество».

«Я обязан тебе благодарность, а царь не любит быть обязанным. Проси все, что пожелаешь!»

«Ваше величество, — сказал солдат, — мой командир издевается надо мной и мучает – не отпускает меня на побывку, наказывает под пустыми предлогами, дает тяжелые работы… Прикажите, чтобы он перестал надо мной измываться!»

«Я это сделаю. Ты свободен».

Солдат козырнул, и вышел.

Царь посмотрел на командира, который начал было извиняться. Тот прервал его и сказал: «Помни два указания: во-первых, с сегодняшнего дня и далее прекратить все издевательства! Что бы он ни натворил – не наказывать! А во-вторых – не повышать его в звании! Рядовой он есть – рядовым пусть и остается до конца срока!»

Начальник удивился: «Почему, Ваше величество?» Казалось бы, повышение в звании тут просто напрашивается.

«Потому, что мне не нужны офицеры-дураки! – ответил царь, — Ведь он мог попросить, чтобы его самого назначили командиром!»

Но взгляд его узок, взгляд рядового. Все, что он просит – чтобы его не мучили.

Как Биламова ослица.

И как мы…. Все, что мы просим – чтобы нас не мучили, чтобы мы больше не страдали от бед галута. Чтобы казаки не отнимали кур. Вместо того, чтобы просить, чтобы пришла Геула, и великий Свет озарил землю, и пришло бы благосостояние, и нас бы осыпали богатством – как духовным, так и материальным!