Шавуот – «Попробовали и увидели, что хорош Б-г»

«Попробовали и увидели, что хорош Б-г»

Рав Шимшон Давид Пинкус

Сказано в главе «Итро»: «встали они у подножия горы». Объясняет Гемара в трактате «Шаббат» (88а): «Сказал рав Авдими бар Хама бар Хаса: «Отсюда мы учим, что Всевышний поднял над ними гору, как корыто, и сказал им: «Если вы принимаете Тору – хорошо, если нет – там будет ваша могила»».

Поднять гору – в помощь их желанию и на их благо

Тосафот комментируют эти слова мудрецов: «Поднял над ними гору, как корыто – несмотря на то, что они уже сказали вначале «будем выполнять и внимать», чтобы не передумали, увидев великий огонь, от которого их покинула душа». То есть, хотя народ Израиля уже сказал «будем выполнять и внимать», они уже согласились принять Тору, неожиданно их охватил страх, и возникло опасение, что они откажутся принимать Тору.

На что это похоже? Приведем пример: у одного человека заболели зубы. Он пошел к зубному врачу, чтобы тот вылечил его, и даже заплатил ему приличную сумму. Врач сажает его в кресло и начинает лечение. Лачение было очень тяжелым, и в какой-то момент пациент вскакивает с кресла и начинает убегать. Что делает врач? Зовет двух помощников, они хватают пациента, сажают в кресло и держат, чтобы не убежал.

Почему, собственно, он пожелал уйти? Его кто-то заставил прийти к врачу? Конечно, нет, и доказательство тому, что он даже заплатил за лечение. Однако есть моменты, когда боль настолько сильна, что нужно держать пациента насильно, хотя он и пришел добровольно.

Когда евреи пришли к горе Синай, они сказали «будем выполнять и внимать». Но неожиданно, когда они осознали, что происходит – их охватил невероятный страх, и они захотели убежать. И тогда Всевышний, по их собственному желанию и во благо им, поднял над ними гору и не дал убежать!

Это был страх величия. Бывает, что человек поднимается на высоченную гору, неожиданно обнаруживает себя на невероятной высоте – и ему становится страшно. В этом состоянии народ Израиля пребывал до времен Мордехая и Эстер, когда страх был снят с них, и они «приняли Тору по желанию».

Нужно понять, что это был за страх, который охватил народ Израиля, когда они пришли получать Тору.

Только обладающие Торой умеют ее ценить

В Мидраше (Батей мидрашот, ч. 1) приводится замечательная история, из которой можно выучить несколько очень важных основ:

У рава Кааны был сын по имени Салик. Когда ему исполнилось пять лет, отец взял его за руку и хотел вывести из дома – отправить учить Тору. Мать мальчика спросила мужа: «Куда ты собираешься вести моего сына?» Тот ответил: «Я передам его раву, чтобы тот обучал его Торе». Сказала она: «Лучше нам обоим умереть, но не расстаться с нашим ненаглядным сыном! Пусть сидит дома и не учит ни Тору, ни законы, и никакого ремесла!» Ответил рав Каана: «Поспеши и дай мне свою ктуббу, я дам тебе то, что тебе полагается по ней, и порву ее». Спросила жена: «Какой изъян ты нашел во мне, что решил разводиться, ведь сказано в Торе, что можно разводиться, только есть муж нашел у жены серьезный недостаток?» Ответил рав Каана: «Нет больше недостатка, чем не давать ребенку живой воды, а вода – это только Тора, как сказано: «Все жаждущие – идите к воде» (Йешаяу, 55), и жизнь – это только Тора, как сказано (Мишлей, 4:22): «Ведь жизнь они для находящих их (слова Торы)». Сказала жена: «Не надо разводиться, давай пойдем на компромисс». – «Как именно?» – спросил он. «Иди на рынок, найди большого мудреца и договорись с ним: пусть обучает нашего сына определенное количество лет, не выходя из дома, а я буду прислуживать ему, стирать ему одежду, убирать в доме, зажигать благовония и подогревать ему воду для купания». Муж сразу же вышел на рынок и нашел такого мудреца. Поздоровался с ним, тот поздоровался в ответ. «Рабби, ты желаешь принять такую работу: будешь обучать моего сына Торе двадцать пять лет, и я заплачу тебе тысячу золотых, при условии, что вы оба не будете выходить из дома?» Рав согласился. Рав Каана написал обязательство и передал рабби Элиезеру, а рабби Элиезер написал свое обязательство и передал раву Каане.

Салик учился двадцать пять лет, и с момента, когда родился, и до окончания учебы, когда ему исполнилось тридцать лет, не выходил из дома. В конце учебы рав Каана заплатил рабби Элиезер тысячу золотых, и тот простился с Саликом и ушел.

Салик же вышел погулять, надев красивые одежды, но денег с собой не взял. Он гулял по улицам и рынкам, пока не почувствовал голод и жажду. Вдруг он услышал, как продавец воды, один из его родственников, кричит: «Бутылка воды с благоуханием роз, прохладная вода для утомленной души, всего за один каскас (мелкая монета)!» Салик подошел к нему и попросил: «Дай мне немного воды!» Тот ответил: «Дай монету и пей на здоровье!» Салик сказал: «Я мудрец Торы, за мое обучение отец заплатил тысячу золотых, а ты не дашь мне немного воды?» Ответил продавец: «Если ты учил много Торы – не гордись этим, ведь ради этого ты создан (Авот, 2:8) Тебя Всевышний создал учить Тору днем и ночью, а меня создал черпать воду и тащить ее на спине, продавать за монету и обеспечивать свою семью!»

Салик рассердился и, страшно разочарованный, вернулся домой. Он разорвал свою одежду, бросил перед отцом и матерью, и сказал: «Тот, кто учит Тору, Мишну и Талмуд, не стоит мелкой монеты, на которую можно купить воду? Если так – я хочу заняться другим делом!» Он сбросил с себя раввинский плащ и попросил отца помочь ему открыть прибыльный бизнес.

Ну, другой отец, если бы услышал такое, наверняка крепко отругал бы сына, но рав Каана не ругал его, не стыдил и не бил. Как сказано в «Мишлей» (16:32): «Сдерживающий гнев – лучше героя», это рав Каана, который не кричал и не сердился на сына, а сказал: «Не успокаивай ближнего в момент его гнева».

Он сказал: «Сынок, я все понимаю. Ты хочешь зарабатывать? Хорошо. Иди на чердак, открой там такой-то сундук, и достань оттуда серебряную шкатулку и принеси мне». Сын принес, рав Каана достал из шкатулки чудесный драгоценный камень красного цвета. Дело в том, что рав Каана всю жизнь копил деньги на старость, и на эти деньги купил драгоценный камень. «А теперь возьми этот камень, иди на рынок и продай его – половина будет тебе, а половина – нам с матерью на пропитание». Салик взял камень, и отец добавил: «Поскольку ты еще ни разу не торговал на рынке, я хочу объяснить тебе, как продают драгоценности. Возьми камень и вначале иди туда, где продают разноцветные камешки и стекляшки. Спроси у продавцов, сколько, по их мнению, стоит твой камень, но не продавай им! Потом пойди на рынок драгоценностей, там есть десять магазинов. Покажи каждому из них свой камень, от первого до последнего, и продай последнему».

Юноша пошел на рынок продавцов стекляшек. Те посмотрели на камень и сказали, что он стоит серебряную египетскую монету. Потом он пошел на рынок ювелиров. Первый предложил ему тысячу серебряных. Второй предложил больше, третий – еще больше, пока десятый не купил камень за двадцать пять тысяч серебряных. Салик сказал ему: «Дай мне золотыми», и тот дал ему две с половиной тысячи золотых. Салик нанял грузчика, и они донесли деньги до дома. Тогда он позвал отца и сказал: «Давай разделим выручку за камень». Отец ответил: «Я дал тебе продать этот драгоценный камень только для того, чтобы научить тебя уму-разуму. А теперь расскажи, как ты его продавал». – «Я пошел к бедным продавцам, и они предложили мне только египетскую монету, я отказался и пошел к ювелирам, от первого до последнего, и он заплатил мне две с половиной тысячи золотых».  Сказал ему отец: «Сынок, я дал тебе этот камень, чтобы преподать тебе урок. Знай, что то, о чем ты говорил с продавцом воды, подобно бриллианту у продавца стекляшек. Они не знали ценности этого камня и поэтому предложили тебе только маленькую монету. Так и водонос, он не знает, чего ты стоишь, ведь Тору могут оценить только обладающие ей, как сказано («Мишлей», 27:17): «Железо точится об железо, а муж заостряет (ум) ближнего своего». Ювелир купил у тебя рубин за двадцать пять тысяч серебряных, потому что он знает, сколько этот камень стоит на самом деле. Так и ты – если пойдешь к мудрецам Торы, они будут уважать тебя, а тот, кто идет к мудрецам, станет еще мудрее».

И действительно, Салик пошел к мудрецам Торы, и (см. там подробнее, как именно это произошло): «Сразу же все признали рава Салика, встали, поцеловали его, поставили во главе и пошли с миром» – они назначили его главой ешивы. Салик нашел того, кто смог оценить его товар…

Изменить свое «я»

В этой истории заложена величайшая глубина. Поведение отца – рава Кааны – с сыном вызывает восхищение. Какая мудрость, какое глубокое понимание человека! Сын приходит домой разбитый и сломленный, и вместо того, чтобы возмущаться и кричать на него, отец первым делом успокаивает его, а потом, велев ему продать драгоценный камень, дает ему понять истину.

Однако есть тут некоторый непонятный момент: речь идет о юноше, который двадцать пять лет не выходил из дома и был величайшим гением! И вот, как только он выходит на улицу, он сразу же ломается и хочет бросить все! Почему? Спроси, выясни! Так, в одно мгновение бросить все, чему ты посвятил свою жизнь?

Тут заложен один важный принцип: самое важное для человека – это жизнь, нет ничего дороже самой жизни. О велении Торы «люби ближнего, как самого себя», Рамбам спрашивает: как это может быть? «Как самого себя» – это очень дорогая вещь! Я знаком со многими праведными людьми, много помогающими другим, делающими много хеседа. Но не видел еще ни одного филантропа, который был бы готов купить неимущему ученику ешивы точно такую же шляпу или галстук, как он покупает себе. Любовь человека к самому себе – это очень особая вещь.

Каждый человек сам устанавливает для себя, что такое «я». Я – это то, что я есть, не обязательно то, кем я должен быть. Как человек привыкает определять жизнь, так он ее и видит, и ему невероятно страшно изменить эту форму своей жизни, изменение формы жизни – это значит не быть самим собой.

Например, в наше время есть потрясающее явление – баалей тшува. Абсолютно светские люди, которые были погружены в 49 ступеней нечистоты, и вдруг они меняются. Я разговаривал с такими людьми. Страх перед изменением просто огромен.  Человек, который всю жизнь чувствовал почву под ногами, вдруг обнаруживает, что почва упорхнула в воздух. Он был светским человеком, и, когда он делает тшуву, вдруг теряет свое «я». Все, что до сих пор называлось «жить», меняется, он вдруг не живет.

Так и у еврея, который стал бен-Тора. Юноша из этой истории был величайшим гением в Торе, но, когда он вышел на рынок и вдруг «открыл» мир, он ощутил, что у него нет почвы под ногами. У него есть Тора, но жизни, на первый взгляд, нет. Поэтому он ощутил приступ ужасного страха!

Мне видится, что в этом и заключается смысл «поднял над ними гору, как корыто». Тора чудесна, но, когда народ Израиля принял Тору, они вдруг стали бней-Тора, и поняли, что вся жизнь, которой они жили до сих пор, должна измениться, а это очень и очень тяжело!

Тора – «небо его – сахар и мед, и весь он желанен (мне)» (Шир а-Ширим, 5:16)

На самом же деле все это лишь фантазии. Так все это выглядит вначале, но, когда пробуют, прилагают усилия, обнаруживают, что Тора – это чудесная вещь!

Однажды я сказал одному бааль-тшува: «До сих пор ты был собой, а я – собой. Теперь ты хочешь стать таким, как я. Это значит, что ты боишься, что перестанешь быть самим собой, а станешь мной. Так вот я тебе обещаю: ты продолжишь быть самим собой, и только обнаружишь, каким приятным ты можешь быть!»

Порой бывает, что ученик ешивы, который все время учится средне, вдруг с ним что-то происходит, и он становится матмидом – учится усердно и много. Есть друзья, которые его жалеют: «Ой-ой-ой, только этого еще ему не хватало! Он же совсем перестал жить!» Им кажется, что матмид заключает себя в тюрьму. А что сам матмид говорит? **«**Небо его – сахар и мед, и весь он желанен (мне)»

Один из моих товарищей по ешиве был большим матмидом. Однажды ночью он сидел допоздна и конспектировал урок главы ешивы. В два часа ночи один из ребят зашел к нему в комнату, и увидел, что свет везде горит, а он сидит за столом и спит. В руках у него еще зажата ручка, и он напевает во сне: «Лучше мне Тора из Твоих уст, чем тысячи золотых и серебряных…» Да, для такого человека усердная учеба – это не тюрьма, это сама жизнь. Только тому, кто это не испытывал, кажется, что это тюрьма.

Когда народ Израиля понял, что ему предстоит – их охватил огромный страх. Но «поколение приняло ее (добровольно) во времена Ахашвероша». Любовь погасила страх, они просто увидели, что «небо его – сахар и мед, и весь он желанен (мне)».

Нет большей радости, чем радость Торы, нет большего удовольствия, чем наслаждение мудростью. Нет большего слияния, чем слияние с Творцом, благословен Он. Всевышний притягивает нас к себе – «потяни нас, и мы помчимся за Тобой», и куда? «Привел меня Царь в свои покои» – в покои Торы, «будем радоваться и веселиться тебе», ведь это самое сладкое и приятное в мире!

Перевод: г-жа Л. Шухман