Шмират а-Лашон

Часть вторая

ГЛАВА 27

Человек должен стараться исполнять все заповеди без исключения

До сих пор мы обсуждали следующие слова Писания (Теилим, 34:13-14): «Кто он -- человек, желающий жизни, любящий долголетие, чтобы видеть добро? Оберегай язык свой от зла и уста свои -- от лживых слов». А теперь разъясним, с Б-жьей помощью, сказанное далее (там, 34:15): «Отстраняйся от зла и делай добро».

По поводу начала: «Кто он -- человек и т. д.» я сказал следующее. Известны слова наших мудрецов, объяснявших этот стих: «Кто он -- человек, желающий жизни», -- речь идет о жизни в будущем мире, а «любящий долголетие, чтобы видеть добро», -- в этом мире. [И что должен делать человек, чтобы ему было хорошо и в том, и в этом мире]: «Оберегай язык свой от зла... Отстраняйся от зла и делай добро».

Приведем прежде то, что говорят от имени Виленского Гаона по поводу сказанного в Писании (Йешаяу, 3:10--11): «Хвалите праведника, ибо [он] -- добро, ибо плоды деяний своих вкушать они будут. Горе злодею, [творящему] зло, ибо воздано будет ему по делу рук его». Заметим, прежде всего, что при исполнении заповедей в сфере отношений между человеком и Всевышним основная награда за них приходит в будущем мире, и аналогично -- наказание, когда их преступают. А при исполнении заповедей в сфере отношений между человеком и ближним его, когда он делает добро другим людям, он получает свою награду и в этом мире. И аналогично этому, когда он преступает заповеди -- кроме наказания, ждущего его в будущем мире, он получает и наказание в этом мире -- за то, что своими делами причинял людям страдания. И вот, понятия «праведник» или «злодей» связаны с делами в сфере отношений между человеком и Всевышним, а понятия «добро» и «зло» -- в сфере отношений между человеком и ближним его.

В свете сказанного таковым будет верное объяснение стиха: «Хвалите праведника, ибо [он] -- добро» -- посредством дел своих он творил добро людям, -- «ибо плоды деяний своих вкушать они [праведники] будут». А «горе злодею, [творящему] зло», -- он творит зло также в отношениях между человеком и его ближним, -- «ибо воздано будет ему по делу рук его».

А теперь объясним приведенные выше стихи: «Кто он -- человек, желающий жизни» -- в мире грядущем; «любящий долголетие, чтобы видеть добро» -- в этом мире. «Отстраняйся от зла (то есть не делай зла) и делай добро» -- исполняй и заповеди в сфере отношений между человеком и ближним его, чтобы делать добро другим, и благодаря этому увидишь добро [еще] в дни свои, в этом мире.

И вот, повеление «отстраняйся от зла» включает в себя все его разновидности: присвоение чужого, грабеж, обида, одалживание под проценты, обман ближнего, причинение ему публичного позора и т. п. А «делай добро» включает в себя все виды добрых дел -- помощь нуждающимся, дела во благо ближнего, поддержка обедневшего [чтобы он не разорился совсем], захоронение умерших, проведывание больных, предоставление пристанища путникам, возвращение пропажи, возвращение заложенных вещей [до возврата долга], своевременная расплата с наемным работником, и много других заповедей в отношениях между человеком и ближним его. И все эти добрые дела человек должен держать в поле внимания и проявлять расторопность ради их исполнения -- как в отношении заповеди слушать трубление в шофар, которую все бегут исполнить.

И так должно быть со всеми заповедями -- нужно бежать за ними и радоваться, исполняя их, как мы говорим каждый день: «И потому, Г-сподь, Б-г наш, когда мы ложимся и когда встаем, мы будем говорить о законах Твоих и радоваться словам Торы Твоей и заповедям Твоим вовеки». [Примеч. автора. Из-за множества наших грехов мы лишь говорим Всевышнему, что будем так поступать, но не делаем этого, -- и исполняется для нас сказанное нашими мудрецами (Брахот, 6б) по поводу слов Писания (Теилим, 12:9): «Возвышенное -- у людей в пренебрежении»; мудрецы сказали: «Эти (заповеди совершают исправления) в высших мирах, а люди пренебрегают ими»].

Общее правило таково: человек должен тщательно исполнять слова Торы, как в сфере отношений между человеком и Всевышним, так и между человеком и ближним его, поскольку все они -- слова Всевышнего. И об этом сказано в главе Аазину (Дварим, 32:46-47): «Положите на сердце ваше все слова, которые я говорю вам ныне, которые вы заповедайте детям вашим, чтобы бережно исполняли все слова закона этого. Ибо это не что-то пустое для вас; ибо это -- жизнь ваша». Другими словами, чтобы не думал человек о каких-то заповедях, что лишь изначально требуется от него их исполнение, чтобы что-то в нем улучшить [а не исполнил -- не столь уж велик будет грех], -- и сказано: «Ибо это -- жизнь ваша». Ведь это подобно телу, каждый орган которого имеет свою жизненную силу и тело нуждается в них всех, -- точно так же каждая заповедь поддерживает жизнь его души, и душа его в них нуждается.

И сказано в Коэлет (12:13): «Конец [всякого] дела -- всему услышанным быть; [потому] Б-га бойся и заветы Его храни, ибо в том -- весь человек». Благодаря страху перед Б-гом, когда человек боится преступить какой-то запрет или не исполнить какую-либо из повелительных заповедей, он становится тем, что называется «весь человек», -- то есть достигает совершенства. Но этого не будет, если одна из заповедей покажется ему маловажной, не дай Б-г, -- человек тогда оказывается ущербным душой своей.

Как же хорошо сказали на эту тему наши мудрецы, благословенной памяти, объясняя стих Торы (Шмот, 32:16): «[והלחת] -- ве-а-лухот -- а скрижали эти -- деяние Б-жье они». Слово лухот здесь написано как лухат [без буквы вав в окончании множественного числа -- указание на то, что] скрижали были одинаковые, как об этом говорит Раши (Шмот, 31:18). Это означает, что они выглядели одинаково [то есть каждая была подобна другой]: как известно, на одной, правой, были написаны заповеди из сферы отношений между человеком и Всевышним, а на второй, начинающейся с заповедей (там, 20:13): «Не убивай, не прелюбодействуй» и так далее до конца, -- из сферы отношений между человеком и его ближним. То есть так, чтобы человек не подумал о какой-нибудь из скрижалей, что лишь изначально требуется от него исполнение написанного на ней, чтобы что-то в нем улучшить, -- и потому были даны две, одинаковые в точности, и нет преимущества у какой-нибудь из них над другой. И также выглядели обе, как одна, намекая этим на следующее. Когда человек считается равным со всеми в кругу других людей? Когда у него в наличии все органы и части тела; но если у него чего-то не хватает -- он неприятен другим людям так же, как и себе. Точно так -- и в делах, относящихся к душе: когда он считается человеком цельным? Тогда, когда любимы ему все слова Всевышнего! И это не так, не дай Б-г, если становятся неважными в глазах его какие-то из слов Всевышнего, будь то в сфере отношений между человеком и Всевышним или между человеком и ближним его; он теряет тогда звание «человека».

Известно во всем народе Израиля, от мала до велика, что требуется для того, чтобы свиток Торы был пригоден для публичного чтения по нему и обладал святостью свитка Торы. Он должен быть написан полностью, чтобы не отсутствовала в нем даже одна буква, -- и тогда о нем можно сказать (Теилим, 19:8): «Тора Г-спода -- цельная». Но если недостает в нем одной буквы -- нет у него святости свитка Торы, а только святость отдельных разделов. Точно так и человек из народа Израиля: при каком условии он принадлежит к общине Израиля и имеет удел в будущем мире? Если он верит, что вся Тора -- от Всевышнего, с Небес! А отрицающий Тору, даже одну-единственную букву -- не принадлежит к общине Израиля, и нет у него удела в будущем мире (как сказано в трактате Санедрин, 99а, и приведено также у Рамбама, «Илхот Тшува», гл. 3 алаха 8, и в «Йоре Деа», 158).

И действительно, весь Израиль -- люди веры и дети людей веры в то, что вся Тора -- с Небес, из уст Всевышнего [передана была нам] через Моше, раба Его. И если это так, то как же человек, верящий, что каждая заповедь -- от Творца благословенного, доходит до того, что ему кажется маловажным, не дай Б-г, что-то из написанного в Торе? И действительно, подобное происходит не из-за отрицания Торы, не дай Б-г, а из-за того, что он преступает несколько раз что-то из сказанного в Торе. После этого сделанное им становится для него как будто разрешенным, как сказали наши мудрецы: после того, что человек согрешит и повторит тот грех, действие это становится для него как будто разрешенным. Такое, однако, само по себе тяжкий грех -- приучать себя преступать какие-то слова Всевышнего, как об этом подробно пишет рабейну Йона в «Шаарей Тшува» (шаар 1). И потому человек должен чрезвычайно остерегаться в этом, и будет ему благо.

Глава 28

Великое пробуждение по поводу тяжести греха присвоения чужого

Из-за многих наших грехов есть люди, осторожные в том, чтобы вести все дела по законам Торы, а запрет присвоения чужого кажется им маловажным -- в том, что касается обмана посредством разного рода уловок и т. п. И они очень привычны к этому и не знают, какую навлекают на себя опасность! Они выводят себя из числа тех, кого [Тора называет] «ближним твоим», «принадлежащим к твоему народу», -- помимо того, что становятся негодными быть свидетелями в суде. Доказательством тому -- сказанное нашими благословенной памяти мудрецами (Санедрин, 57а): «Пастухов мелкого скота (привычных пасти на чужих полях) не поднимают и не опускают», -- то есть если такой пастух упал в яму, его не поднимают из нее. А в отношении людей из народа Израиля есть особый запрет (Ваикра, 19:16): «Не стой [при виде] крови ближнего твоего», обязывающий поднять упавшего и даже нанять для этого людей [если нужно] (см. Санедрин, 73а). Но того пастуха, из-за злодейства его, поднимать не следует.

Поговорим более обстоятельно об особой тяжести греха присвоения чужого, приводящей человека в содрогание, когда он о ней задумается. Говорит мидраш («Дварим Раба», 8): «Быть может, скажете, что во зло вам дал Я вам Тору? Нет, Я дал вам Тору только на благо вам!» На первый взгляд это кажется чрезвычайно странным: как мы можем заподозрить Святого благословенного, Который -- Источник блага и милости, что Он дал Тору нам во зло? Однако дело здесь в следующем. В Торе есть несколько мест, касающихся законов, за нарушение которых грешник получает наказание смертью, ударами кнута или расплачивается своим имуществом -- и человек может подумать, что Всевышний гневается на грешника и потому назначает ему эти наказания с целью причинить ему зло. Но в действительности это не так: Всевышний приводит на него эти наказания, чтобы очистить его. О том, кому полагается битье кнутом за нарушение запрета Торы, сказано (Дварим, 25:3): «И унижен будет брат твой [вследствие битья] пред глазами твоими», и мудрецы трактуют это так (Макот, 23а): «После того, как бит, -- он брат твой». И так это даже с тем, кто повинен смерти, ему говорят: «Исповедуйся! Ведь так это со всеми, которые исповедались: у них есть удел в будущем мире». Из этого мы можем сделать вывод относительно всех наказаний, описанных в Торе, например, в отношении вора. Сказано (Шмот, 22:2): «А если нечем ему [платить], то пусть продадут его за украденное им», -- его продают, чтобы вернуть [стоимость] украденного владельцам. И вор будет очищен от греха воровства, хотя и потеряет при этом уровень своей святости: до этого был у него, как у человека из народа Израиля, совершенный запрет брать в жены [кнаанскую] рабыню, как сказано (Дварим, 23:18): «И да не будет блудника из сынов Израилевых». А когда продаст его суд, он теряет свою святость и берет в жены рабыню, и дети его [от нее] будут вечными рабами [кнаанскими]. Но как бы там ни было, Тора имеет в виду его конечную пользу: это для него лучше, чем если бы остался на нем грех воровства, из-за которого он должен был бы пройти геином [ад] и гилгуль [исправление перевоплощением].