Греки, римляне и евреи, и всё то, что между ними

Хорошо, смотрите: как-то мы уже с вами поднимали эту тему на одном из прошлых уроков. Мы говорили о том, что существует определённый спор между рабби Йеhудой а-Леви, автором книги «Кузари», и Рамбамом. Споров у них много, но применительно к нашей теме важно вот что: Рамбам представляет нам Всевышнего — мы разбирали это подробнее, когда учили тринадцать принципов Рамбама — как источник всего бытия. Всевышний и есть тот самый источник, излучающий всё наше бытие, в рамках которого мы существуем; Он находится за пределами нашей реальности, потому что вся наша реальность, абсолютно всё, о чём мы можем говорить, — следствие влияния Всевышнего, и поэтому Всевышний — тот, кто находится за её пределами и кто на неё влияет.

Откуда мы знаем, что есть Всевышний? Ответ очень простой — мы это уже разбирали подробно. Мы видим вокруг себя нашу реальность, и нам очевидно и понятно, что у этой реальности обязан быть какой-то источник. Как именно — не буду сейчас входить в эти рассуждения, кто хочет разобрать подробнее, может вернуться к тому, что мы говорили о тринадцати принципах Рамбама, сегодня это не наша тема. Но, во всяком случае, по мнению Рамбама, человек, который смотрит на нашу реальность, изучает её, видит в ней закономерность, — ему становится очевидно, что миром управляет Всевышний, что есть нечто, что управляет всеми этими процессами, есть Бог. То есть путь к Богу — Бог, можно сказать, разговаривает с нами на языке химии, физики, биологии, на языке всего окружающего нас мира.

В отличие от этого, рабби Йеhуда а-Леви представляет нам немного другой подход. Он говорит, что тот Бог, о котором говорит Рамбам, — рабби Йеhуда а-Леви жил немного раньше Рамбама, лет, по-моему, на сто или двести, точных цифр уже не помню, — но, во всяком случае, само это представление о Боге было не новым, многих философов оно тоже привлекало, и рабби Йеhуда а-Леви был с этой идеей знаком. Так вот, он утверждает, что такой Бог, к которому приходишь философским умозаключением, — это Бог как закон природы, нечто вроде философского Бога. Но религиозный Бог — что значит религиозный Бог? Бог, который может нас заставить что-то делать, который может от нас что-то требовать и требованиям которого мы должны подчиняться, — такой Бог не может быть настолько объективным и абстрактным, как его описывает Рамбам. Такой Бог должен тем или иным образом раскрыться перед нами, чтобы рассказать о том, что от нас требуется, какие заповеди мы должны выполнять.

Поэтому, по мнению рабби Йеhуды а-Леви, пусть даже умозаключением человек и дойдёт до понимания, что есть Бог, — но как с помощью одного умозаключения дойти до того, что поэтому мы должны вешать мезузу у входа в дверь, что поэтому мы должны надевать тфилин, соблюдать субботу? Философские умозаключения именно на этом и заканчиваются: вот есть Бог, и всё, — дальше продвижения нет, это тупиковая ситуация. Но наш Бог — не просто некая дополнительная данность в существовании нашей реальности. Наш Бог — это Бог, который заповедовал нам не есть свинину, соблюдать кошерность, как я уже сказал, соблюдать субботу, соблюдать праздники. Наш Бог от нас что-то требует. А для того чтобы Бог мог от нас что-то требовать, нужны отношения, построенные на переживании, на ощущениях, — отношения более эмоциональные, чем умозаключительные. Поэтому, с точки зрения рабби Йеhуды а-Леви, естественно, что иудаизм начинается с того, как Бог проявил себя перед нами во всех чудесах при исходе из Египта и во всех чудесах получения Торы на горе Синай.

Не буду сейчас углубляться и в эту тему тоже, скажу только вкратце: у Рамбама есть чёткое объяснение того, как всё-таки можно умозаключением дойти до необходимости исполнять заповеди — ведь он жил уже после рабби Йеhуды а-Леви, и при масштабе его мышления и интеллекта, конечно, он этот вопрос без ответа не оставил. Но сегодня это не наша тема, поэтому я её опускаю. Я лишь хочу объяснить точку зрения рабби Йеhуды а-Леви: с его точки зрения, Бог общается с нами не языком физики, биологии, химии, то есть не через нашу реальность как таковую, — а Бог общается с нами через историю.

Когда мы изучаем историю еврейского народа, мы сталкиваемся с очень интересными, очень необычными ситуациями, в которых ни один другой народ не смог бы остаться тем же народом и выжить. К сожалению, в нашей истории было огромное количество катастроф, было огромное уничтожение нашего народа в колоссальных масштабах. Но если мы смотрим и изучаем всю историю нашего народа целиком, мы видим, как рано или поздно всегда приходило то или иное спасение, и в конечном итоге народ выживал. Это подмечал не только рабби Йеhуда а-Леви — об этом же говорили и от имени Толстого, и многие другие замечали, что само существование еврейского народа до сих пор наталкивает на одну-единственную мысль: есть Бог. Если кто-то хочет убедиться в том, что Бог есть, — пусть посмотрит на историю нашего народа.

Рабби Йеhуда а-Леви утверждает, что в истории нашего народа мы видим не просто объективного Бога, а Бога личного — Бога, который именно с нами общается, именно от нас что-то требует, именно с нашим народом связан особыми отношениями. Опять же, как я всегда говорю: откройте любую книгу Торы, или Танаха, любую книгу пророков, книгу писаний — и посмотрите, сколько народов окружало еврейский народ. Многие из них были достаточно сильны и могущественны, притесняли еврейский народ, истязали его, были завоевателями. Но на сегодняшний день ни одного представителя этих народов не осталось: ни мидьянитян, ни кнаанеев, ни финикийцев, ни филистимлян — никого из окружавших нас народов не осталось. Даже та известная империя, египетская, — на сегодняшний день это далеко не коренные египтяне. Все мы знаем, что коренных египтян, которых ещё можно так назвать, осталось очень маленькое меньшинство — это копты, коптская церковь, — их очень мало, а основное население Египта, одной из самых населённых стран Ближнего Востока, если не самой населённой, — это на девяносто девять процентов арабы. То есть от коренных египтян того времени ничего не осталось.

Точно так же нам понятно, что все народы, которые тогда жили, — все пропали, все до единого. Но каким-то непостижимым образом — если смотреть не одно отдельное событие, а всю цепочку событий из поколения в поколение — мы с вами оказываемся представителями той самой культуры, которой больше трёх тысяч лет. Даже если сравнить с индийским или китайским народами, которые тоже считаются достаточно древними, — это совсем другие народы, представители совсем других культур и цивилизаций. И то, что они непрерывно жили на той или иной территории, ещё не делает их тем же самым народом: у них совсем другие ценности, другие устремления, совсем другая культура. Мы же — представители той самой культуры, которая зародилась при исходе из Египта. И само наше существование, говорит рабби Йеhуда а-Леви, должно вызывать восхищение у любого человека: как, несмотря на то что народ преследовался, истязался, уничтожался, — несмотря на всё это, он до сих пор не просто существует?

Хочу заметить, никого не желая обидеть: мы не просто цыгане, которые разбросаны по всему миру и скитаются своими таборами с места на место. Наша культура развивается. Посмотрите, сколько еврейских книг было написано и пишется до сих пор. Мы смогли возродить тот самый язык, на котором в последний раз говорили около двух тысяч лет назад. Смогли вернуться на нашу землю, нашу родину, обещанную нам землю. Смогли построить на этой пустовавшей земле достаточно мощное государство. И несмотря на все наши истязания, уничтожения, погромы, мы продолжаем существовать. Об этом ещё в Средневековье писал рабби Йеhуда а-Леви: то, что еврейский народ дожил до Средневековья, — удивительное чудо, этот феномен никак невозможно объяснить иначе.

Рабби Йеhуда а-Леви приводит такой пример: посмотреть на еврейскую историю — это как смотреть семейный альбом. Когда мы его листаем, мы видим перед собой людей: пожилых родителей, уже взрослых детей, у которых уже свои дети, то есть внуки, а может, уже и правнуки. Если смотреть на них, не зная, кто это, — покажется, что это совершенно посторонние люди. Но когда мы открываем семейный альбом, мы видим, какими эти пожилые родители были молодой парой, как они поженились, как у них родились дети, как у этих детей родились свои дети. Мы видим всю историю этой семьи, нам открывается тесная связь между всеми этими людьми, которые перед нами предстают как одна семья. То же самое, говорит рабби Йеhуда а-Леви, — наша история: это семейный альбом, в котором мы видим наши тесные отношения со Всевышним, наше особое отношение к Его заповедям, к Его ценностям, и в котором мы раз за разом видим это чудесное спасение нашего народа.

Поэтому история играет для нас огромную, колоссальную роль. Через историю мы можем узнать, что именно от нас требует Всевышний. Через историю мы должны учиться тому, что от нас требуется и как правильно то, что от нас требуется, — выполнять или не выполнять. Если так к этому относиться, то понятно, что к историческим событиям нельзя относиться просто как к событиям, которые когда-то были. Ну, скажем, в странах СНГ отмечают 9 мая как День победы над нацистской Германией. Хорошо. Но что это за праздник? Это исторический праздник, который просто напоминает: в этот период времени что-то произошло, была победа и так далее. Можно ли сказать, что из тех времён мы вынесли какие-то уроки, что-то исправили? Не обязательно — мы просто отмечаем этот день как историческое событие.

Еврейские же праздники требуют от нас другого подхода. Понимая, что вся история еврейского народа ведётся, что называется, за руку Всевышним, мы понимаем, что у событий, произошедших именно в те даты, в тот промежуток времени, есть какой-то смысл, какая-то цель. И поэтому мы должны досконально изучать эту историю, эти события, делать из них выводы о том, как правильно себя вести, а как неправильно, как исправлять ошибки, которые к чему-то привели, и как их не повторять. Потому что нам очевидно и понятно, что Бог разговаривает с нами через историю. Тем самым история для нас — не просто архивные данные какого-то периода, а нечто сакральное, нечто святое, и подход к ней должен быть соответствующий.

Понимая это, мы возвращаемся к нашей теме — а именно к посту десятого тевета, который как раз сегодня и проходил, в этот самый день. Если мы обратим внимание, пост десятого тевета идёт сразу же после Хануки, — говорит рав. Ханука, месяц кислев, — мы отмечаем в этот праздник победу иудаизма над влиянием эллинистической цивилизации, других культур. Это праздник света, Ханука, который мы празднуем как победу — победу наших ценностей, военную победу. Это радостные дни, которые напоминают нам о том, что Хашмонеи, евреи, ведомые династией Хашмонеев, смогли обновить Храм, смогли вернуть чистоту в нашу жизнь, смогли перебороть влияние эллинистической культуры и так далее.