Как началось угнетение

Добрый вечер. Для еврейского народа нужна молитва, чтобы было спокойно и здесь, в стране, и чтобы не было терактов во всём мире, — чтобы Бог нас хранил. А ведь молитва имеет великую силу. Сейчас мы начинаем новую, вторую книгу Торы — Шмот. Содержание этой книги — как определяет Рамбан в предисловии к ней — это первое угнетение еврейского народа и избавление, выход евреев из этого угнетения, выход из египетского рабства.

Тора рассказывает коротко, как евреи вошли в Египет, упоминает лишь сами колена и то, что произошло дальше: умерли все братья и всё то поколение. Интересно, что первым умер Йосеф — раньше всех остальных братьев, а последним умер Леви. Мидраш останавливается на том, почему Йосеф умер первым, и отвечает, что быть правителем непросто, а он уже был правителем Египта. Другое объяснение даёт Мидраш: когда братья говорили Йосефу — «твой раб, наш отец», — они не знали, что он понимает святой язык, и разговаривали с ним через переводчика. Каждый раз, когда братья говорили: «твой раб, наш отец», Йосефу следовало их поправить — не говорить «твой раб», ведь в этом было своего рода молчаливое, недостаточное уважение к отцу. Когда говорили «авдха авину», «твой раб, наш отец», он промолчал, а должен был откликнуться: ваш отец достоин уважения, не говорите про него «твой раб».

Мы сейчас как раз занимаемся темой начала угнетения. Йосеф умер, умерли все братья, всё то поколение. Пока то поколение ещё было живо, египтяне уважали этих людей — братьев Йосефа, который спас Египет от голода. Но когда оно умерло, отношение стало другим.

А тем временем евреи плодились и размножались. Интересно — об этом сказано особо: «плодились и размножались», «ваишрецу» — как шрацим, мелкие существа, которые рожают сразу много детей. Обычно, когда рождается много детей сразу, не все выживают, а тут — все выжили и были крепкими. Написано: «ватимале hаарец отам» — и наполнилась земля ими. Есть интересный комментарий «Аэмек Давар» — Нецива, главы Воложинской ешивы: ведь изначально евреи жили именно в Гошене, отдельно ото всех, а тут они вышли из Гошена на землю — и заполнили её собой.

И тут началась к ним вражда. Интересно, что говорит Мидраш раба: почему началась вражда? Когда Йосеф умер, евреи перестали делать обрезание, сказав: будем как египтяне, — то есть не будем выделяться. То, что мы делаем обрезание, а египтяне — нет, выделяет нас; мы же живём среди местного населения, и чем меньше мы выделяемся, тем лучше, тем меньше будет к нам вражды, — так они рассуждали. Но Мидраш раба говорит, что именно тогда Бог перевернул сердце египтян к евреям, чтобы вместо любви они стали их ненавидеть. Мидраш приводит это потому, что в Теилим написано: «hафах либам лисно амо» — Он обратил их сердце на ненависть к Его народу.

Впрочем, это удивительное явление — вы знаете, у евреев не так, как обычно у людей. Обычно, если люди ничем не выделяются, стираются границы, стирается и ненависть к ним, — а у евреев этого нет, это ощущается. Те, кто всё больше подстраиваются под поведение окружающих, — иногда это снимает ненависть к ним, а иногда, наоборот, усиливает. Скажите, в Советском Союзе евреи чем-то особым выделялись? В большинстве случаев нет, но ощущение всё равно было, где-то больше, где-то меньше, но было. То есть у евреев не так, как у других. Так что не решить еврейскую проблему ненависти тем, что вести себя как окружающие народы.

Встал новый царь над Египтом, который не знал Йосефа. И он сказал своему народу: вот, народ сынов Израиля многочисленнее и сильнее нас. Это известный тезис антисемитов во все времена: евреев слишком много, они захватывают весь мир и так далее — вы наверняка это слышали. Но он говорит: давайте поступим с ними хитро — а то хоть их сейчас и меньше, и они слабее нас, но, если случится война, они присоединятся к нашим врагам и будут воевать против нас, а потом поднимутся и уйдут из страны, — и мы потеряем такую рабочую силу.

Раши приводит ещё одно объяснение: египтяне не хотели сказать прямо, что это им придётся уйти из страны, поэтому сказали, что «он [народ] поднимется и уйдёт», хотя по смыслу имели в виду, что подниматься и уходить придётся им самим. И поставили над евреями надсмотрщиков за работами, чтобы мучить их тяжёлым трудом.

Интересно, Мидраш рассказывает, как началось это угнетение. Мидраш обращает внимание, что написано «мучить его» — про народ в единственном числе. Мидраш рассказывает: чтобы провести свой план в жизнь, [египтяне] объявили — сейчас мы все как один, воодушевлённо, ради чести и успеха нашего великого Египта, все как один выходим на стройку, это жизненно важно для всей страны. И сам фараон со своими придворными тоже вышел на стройку — чтобы вышли и евреи. Евреи вышли, а египтяне тем временем наблюдали и считали, сколько кирпичей они сделали, — так египтяне стали надсмотрщиками, а евреи простыми рабочими, которые делали кирпичи из глины. И то количество кирпичей, которое евреи со свежими силами и воодушевлением наделали в тот первый день, стало ежедневной нормой. Они построили города-склады для фараона, Питом и Рамсес. Цель была не сама работа, а угнетение. Но получилось наоборот: чем больше их мучили, тем больше и сильнее они становились.

Египтянам это надоело из-за евреев, и они заставляли их работать ещё больше — «и сделали горькой их жизнь тяжёлой работой с глиной и кирпичами», а кроме того всякой полевой работой. Заставляли евреев, наверное, даже после стройки: иди, поработай в поле, повырывай сорняки и так далее, — все эти работы были изнурительными. Интересно: цель была не сама работа, а именно изнурить народ. Но, как ни удивительно, чем больше их мучили, тем больше их становилось.

Есть интересное замечание Рамбана: когда евреи вышли из Египта, там провели перепись каждого колена отдельно, и бросается в глаза, насколько малочисленным было колено Леви. Всего было шестьсот тысяч, разделённых на двенадцать колен — в среднем около пятидесяти тысяч на колено, у кого-то немного больше, у кого-то меньше. И это мужчины от двадцати до шестидесяти лет, способные идти в армию.