Недельная глава «Ваера»

Недельная глава очень интересная, мне кажется, очень современная. Здесь мы видим лидерство Авраама и то, чему он нас учит: как взять от него это умение быть, с одной стороны, очень человечным, гостеприимным, а когда надо — проявить жёсткость. Это нам сейчас просто необходимо. На нас смотрит весь мир, хочет, чтобы мы были какими-то идеальными, самыми идеальными — просто вообще. Мне кажется, это скорее приводит к уничтожению, а потом ещё говорят, что во всём виноваты мы.

Как нам вести себя, исходя из этой недельной главы, из поведения Авраама? У нас есть две недельные главы подряд, которые показывают, как мы должны себя вести именно по отношению к другим народам. Авраам в предыдущей недельной главе воюет и получает добычу. С одной стороны, он воюет, с другой — что он делает с добычей: берёт её или не берёт? Он смотрит, как на него будут смотреть, и не берёт, чтобы никто не сказал, что кто-то обогатил Авраама. Потому что если мы берём какую-то помощь или что-то берём от других — даже добычу, которая по праву наша, если вы воевали, — потом будут говорить совсем другое. С другой стороны, Авраам воюет, а война — это очень непростая вещь, и в войне кто-то обязательно погибнет.

В нашей недельной главе Авраам предстаёт перед нами более человечным. Мы видим, как он молится за всех. У нас есть очень длинная молитва Авраама за Сдом, мы разбираем её в деталях: как он молится за город, жители которого настроены к нему в полном противоречии, представляют совершенно другую сторону. Если бы нам сказали: «Вот сейчас возьмут и уничтожат тех, кто полная противоположность нам», — думаю, мы бы даже порадовались. А Авраам молится за них.

Об этом же мы говорим в Йом-Кипур, когда читаем книгу Ионы: как нам относиться к другим и что мы должны делать. В книге Ионы пророк не хочет спасать Нинве, не хочет помочь им исправиться, и Всевышний ему говорит: «В этом городе, который даже не еврейский, так много людей, которые не различают между правым и левым». Поэтому мы в какой-то мере отвечаем за всех, стараемся, чтобы все были правильными. Но при этом мы себя защищаем и не имеем никакого желания к самоуничтожению. Ради того, чтобы кто-то сказал о нас что-то хорошее, мы не должны никем и ничем жертвовать. Это очень острое лезвие: когда мы хотим быть очень хорошими ради кого-то другого, мы часто этим жертвуем собой, и это тоже неправильно. Почему мы должны быть добрее к другим, чем к самим себе? Это просто ненависть к самому себе, и это очень непростая вещь.

Авраам молится за Сдом, но когда видит, что город уже перевёрнут, встаёт и смотрит на это — хотя смотреть на это запрещено. Здесь разные отношения к разным вещам. Когда Сара решила, что нужно изгнать Ишмаэля, чтобы защитить Ицхака, чтобы Ицхак не страдал, — это очень тяжело для Авраама, тяжело внутри семьи. И тут вмешивается Всевышний: у нас нет такой возможности, чтобы кто-то сказал, кто в этом случае абсолютно прав, можно пойти к раву и спросить, — но в конечном счёте вмешивается Всевышний и говорит, чтобы Авраам сделал так, как ему сказано.

— Вопрос: расскажите об ангелах и их миссии.

По преданию, к Аврааму пришли ангелы. Сначала мы видим их как людей, а когда они доходят до дома в Сдоме и начинают его разрушать, становится понятно, что это ангелы. Ангелы — это силы природы, через которые Всевышний правит миром, посланники. У каждого ангела есть только одна возможность — то, что он может делать, как у любой силы природы. Два ангела не могут исполнять одну миссию, и один ангел не может исполнять два поручения — каждый делает только своё, как сила притяжения только притягивает и ничего больше не может.

Эти три ангела считаются одними из высших. Есть градация ангелов: если говорить о том, как Всевышний правит миром, есть разные уровни, и рассматривается, что их десять. У ангелов, которые пришли к Аврааму, тоже есть имена, и в самих именах есть символика того, кто они такие. Главный из них — Михаэль, есть также Гавриэль и Рафаэль.

Михаэль считается тем, кто заступается за еврейский народ, хотя на самом деле у еврейского народа нет отдельного ангела — у нас прямая связь со Всевышним. Вместе с тем в книге Даниэля говорится о Михаэле как о нашем заступнике. Он приходит, чтобы сообщить Саре и Аврааму, что через год у них родится сын, — потому что связан с еврейским народом. Его имя означает «кто как Всевышний», то есть означает проявление имени и царства Всевышнего в мире. Так как еврейский народ — это его миссия, он больше всего связан с нами.

Гавриэль — от слова «гевер», сила. Он символизирует силу, власть и суд. Михаэль же, помимо связи с нами, символизирует милосердие в мире. Поэтому в молитве «Осэ шалом бимромав» — «делающий мир в высотах Своих» — по устному преданию имеется в виду мир между Михаэлем, который считается ангелом милосердия и символизируется водой, и Гавриэлем, ангелом суда, который символизируется огнём. В мире всегда есть эти два проявления: с одной стороны, желание быть очень хорошими в глазах всех, милосердными, а с другой — понимание, что если быть слишком милосердным, тебя «съедят», и нужны сила и огонь, чтобы выстоять. И кроме того, нужно быть милосердным и к самому себе.

Рафаэль — от слова «рофэ», лечить, он ангел исцеления. Итак: Михаэль пришёл сообщить, что родится Ицхак, Гавриэль — чтобы перевернуть Сдом, а Рафаэль — чтобы вылечить Авраама, поскольку это был третий день после обрезания. По логике, к Аврааму должны были прийти только Михаэль — сказать о рождении Ицхака, и Рафаэль — чтобы вылечить его. Спрашивается: зачем тогда пришёл Гавриэль? Ведь он мог спокойно подождать, пока те двое закончат свою миссию, и потом вместе с одним из них отправиться в Сдом. Зачем ему нужно было заходить в дом Авраама?

Объясняется это так: перед сотворением человека был спор между ангелами — стоит ли вообще творить человека, ведь люди не всегда ведут себя правильно, ссорятся и так далее, хотя у них есть в сердце и хорошее. И вот Гавриэль, которому предстояло уничтожить Сдом — город, ставший символикой самого низкого, до чего может дойти человечество, — прежде чем проявить эту жестокость и увидеть самую большую низость человечества, должен был, по замыслу Всевышнего, побывать в доме Авраама и увидеть, до какой высоты может подняться человек.

Значит, когда мы к кому-то относимся, мы должны видеть его целиком: и самую высокую его точку, и ту точку, в которой он находится сейчас. В иудаизме это отражено и в книге Шмуэля: там, где судят человека, должны вспоминать все его поступки. Если хотите кого-то осудить, вспомните в этот момент всё хорошее, что он сделал. Нельзя рассматривать человека, вырезая только одну точку, — нужно видеть его целиком. Поэтому ангел Гавриэль, прежде чем идти уничтожать Сдом, должен был побывать в доме Авраама и увидеть хорошую сторону — часть хорошего в этом народе. Это его, конечно, не остановило, но отношение было уже другое.

Мне кажется, для человека это тоже совсем по-другому: когда его осуждают, вовсе не замечая хорошего. Часто говорят: «А ты не видел, что хорошее я тебе вчера сделал». А можно сказать иначе: «Да, ты мне вчера очень помог, я помню, как ты в тот и тот раз был честен, и то и это сделал. Но вот здесь было сделано очень халатно». Человеку намного легче это принять, чем когда его называют просто «халатным», будто это перечёркивает всё. Когда мы относимся к неправильному поведению человека, мы не можем перечеркнуть его целиком — нужно вспомнить в этот момент все его лучшие поступки. Это такое равновесие, и тогда отношение к человеку становится совсем другим и намного более честным.

Рафаэль, который вылечил Авраама, — а лечение и спасение в иудаизме, в сущности, одно и то же, — поэтому тот же ангел, который вылечил Авраама, отправляется затем спасать Лота. Обратите внимание: каждый раз, когда кто-то из ангелов исполняет именно свою миссию, об этом говорится в единственном числе, а когда они все вместе едят, идут и так далее — в множественном. Например, в 18-й главе, 9-м пасуке: «И сказали они ему» — в множественном числе, а в следующем, 10-м пасуке: «И сказал: я вернусь к тебе через год, и будет у Сары сын» — уже в единственном числе, потому что это говорит именно Михаэль.

То же самое видно, когда ангелы приходят к Лоту: пока они всё делают вместе, говорится во множественном числе, а когда, например, в 15–16-м пасуках спасают Лота, — тоже говорится во множественном, потому что ангел, который должен разрушить город, не может начать разрушение, пока Лот не выйдет оттуда, — чтобы не подвергать его опасности. Его задерживали, и когда наконец эти люди — ангелы — взяли его и вывели за город, тогда Гавриэль смог пойти и уничтожить Сдом. А в 17-м пасуке — «и вывели его наружу» — имеются в виду уже оба: и Гавриэль, который не мог без этого уничтожить город, и Рафаэль, который должен был спасти Лота, и он же говорит ему: «Беги и не оглядывайся назад».