Почему Аарон попросил золото у женщин? Хитрый расчет?

Это связано с Моше. У нас говорится, что когда Моше в первый раз вышел к братьям, — как это записано, — он увидел, что египтянин бьет еврея. Тогда он взял этого египтянина и убил его, а потом похоронил. Конечно, это можно понимать и как внешнее событие, но есть и внутренний смысл: он ведь сам был евреем, который воспитывался во дворце фараона, и поэтому у него тоже было какое-то понимание — он его похоронил, этого египтянина. Так вот, каждый из нас должен найти в себе эту способность. Но у него была очень большая проблема: назавтра он вышел и увидел, что один еврей бьет другого, а тут уже нечего делать — понимаете, когда нас раздваивает, это очень сложно. И тогда, как вы знаете, он берет и убегает. У каждого из нас бывают такие проблемы, когда нас тянет в разные стороны, и это, конечно, очень непросто.

И вот мы сейчас в книге «Шмот», в тридцать второй главе, и начинаем очень тяжелый момент — грех золотого тельца. Мы, по-моему, уже говорили о том, что Моше задерживается на горе, и разбирали, в чем тут проблема: до того как мы стали народом Торы, сутки, как у всех народов, считались «день, потом ночь», а когда мы стали народом Торы, сутки стали считаться «ночь, потом день». И это тоже немного сбило народ со счета. Тогда они обращаются к Аарону, все набрасываются на него и говорят: встань и сделай нам какую-то духовную силу, которая пойдет перед нами, — ведь этот Моше, который вывел нас из Египта, неизвестно, что с ним случилось. То есть на самом деле они хотят сделать не идола, а нечто, что было бы посредником между ними и Всевышним, — потому что они не могут иметь связь со Всевышним без какого-то посредника. Для них Моше был таким посредником, а раз нет Моше — нужно что-то другое: они в пустыне, они не понимают, как им дальше жить. Мы говорили о том, что было что-то, из-за чего им показалось, будто Моше умер, — кажется, мы это уже разбирали. И они приходят к Аарону — надо сказать, они ведут себя пока еще достаточно сдержанно, сейчас посмотрим, как это происходило.

И что тогда делает Аарон — это второй стих. Он говорит им: возьмите и снимите с себя ваши золотые украшения, — то есть имеются в виду не только серьги, а вообще золото, которое в ушах ваших жен, и ваших сыновей, и дочерей. И почему так — по преданию, как это объясняет Раши, опираясь на устную традицию: Аарон понимает, что ему нужно всего-навсего задержать народ на день, даже меньше чем на день, потому что Моше должен сойти с горы завтра, — то есть уже вот-вот. Он не знает точно, в какой час, но понимает, что осталось совсем немного, и поэтому хочет их задержать. И он говорит: принесите — но не просто золото, а именно то золото, которое в ушах ваших жен, сыновей и дочерей. Он рассчитывает, что не все согласятся так быстро расстаться со своими украшениями, начнутся споры, разговоры, и это все отнимет время, — а тем временем придет Моше.

И весь народ снял с себя золотые украшения, которые были у них в ушах, и принесли их Аарону. Устное предание спрашивает: кто это сделал? И отвечает, что это не мужья и не дети сняли украшения с жен, а каждый снял со своих собственных. И тогда у мужчин тоже нашлись украшения, и они принесли свои, — потому что женщины не согласились. Есть предание, что женщины вообще не участвовали в грехе золотого тельца, не захотели дать от себя ничего, и поэтому, по преданию, мы получили за это Рош Ходеш как женский праздник — потому что женщины тогда в золотом тельце никак не участвовали. И тогда мужчины сами принесли золото: увидев, что женщины не хотят давать, они, вместо того чтобы начать их уговаривать, просто взяли и принесли свое, — и это вышло очень быстро.

Четвертый стих: «и взял из рук их». Есть мнение, что сама проблема Аарона была в том, что он взял это прямо у них из рук, а должен был сказать им положить украшения [на землю], — тут есть такие тонкости. В чем же была проблема Аарона? Может быть, украшения вырывали прямо из ушей женщин? Есть мнение, что женщины были не совсем согласны, а есть мнение, что они сняли их сами, — так, по крайней мере, говорит устное предание. Я читаю это место так, что они сняли сами, не дожидаясь мужчин. Вопрос в том, насколько нам хочется представить мужчин в дурном свете, — я не хочу этого делать, представлять, будто они срывали украшения с женщин, поэтому рассматриваю, по этому комментарию, что женщины сняли украшения сами. «И взял он из рук их» — если бы было иначе, в этом и была бы проблема, поэтому и подчеркивается «из рук их».

«Ваяцар ото бахерет» — что это значит? Раши приводит два объяснения, хотя есть, конечно, и другие. Одно: «ваяцар» — от слова «цар», связал, — он взял все эти украшения и завязал их в какой-то мешок, а потом отлил из золота тельца. И тогда сказали — это не Аарон сказал, это сказали они — «вот твой бог, Израиль, который поднял тебя из Египта».

Другое объяснение «ваяцар ото бахерет» связано со словом «херет»: или «херет» — это мешок, куда сложили все золото в одно место, или «херет» — это резец, стилус, — я имею в виду не перо птицы, а то, чем гравируют. То есть либо он собрал все золото вместе в мешок, и в этом была его затея — собрать золото в одном месте, — либо, чтобы не тратить время, он решил взять и выгравировать [тельца] этим инструментом, — я даже не знаю точно название инструмента, которым гравируют золото, — обжигал, что-то вырисовывал, чтобы получилось что-то долговечное.

Как получился сам золотой телец, мы, кажется, уже говорили: Миха, который все время следовал за Моше, взял и бросил в это золото ту дощечку, которую Моше бросил в Нил, чтобы поднялся ковчег с [останками] Йосефа. И когда он бросил ее в золото, которое к тому времени расплавилось и слилось воедино, оно само приняло форму — и вышел этот золотой телец.

Что нам тут хочет сказать устное предание? Что мы часто очень переживаем из-за неприятностей и не понимаем, что эти неприятности спасают нас от гораздо более серьезных неприятностей. И когда мы стараемся быть слишком хорошими и хотим, чтобы Всевышний относился к нам более милостиво, мы часто этим создаем новые проблемы. Моше в свое время выступал с протестом: почему Всевышний так мучает еврейский народ в Египте? И вот видите: один из тех, кого как будто мучили, Моше его спасает, — и вот к чему это приводит. Конечно, мы должны молиться за всех и всех спасать, но есть разница между тем, чтобы молиться за всех и спасать всех, и тем, чтобы предъявлять Всевышнему претензии. Вот что здесь имеется в виду. Когда Всевышний посылает нам неприятности, это, конечно, очень тяжело, и мы должны стараться как можно больше помогать и себе, и другим, но вместе с тем понимать, что у Всевышнего есть объяснение, почему Он это делает, и что все это в конечном счете к добру, — хотя, конечно, бывают случаи, когда это просто ужасно и невыносимо.

Как видите, здесь не говорится «это наш бог, Израиль» — говорится «это твой бог, Израиль». А доказательство того, что это сделали именно они, а не сам народ, — то, что это был эрев рав, то самое смешанное множество людей, которые вышли с нами из Египта: они собрались против Аарона и в какой-то мере довели дело до того, что это сделал он, Аарон. А потом они же в какой-то мере убедили и остальных евреев поверить в этого золотого тельца. Поэтому не говорится «это наш», говорится «это твой»: «эле элохеха, Исраэль» — «вот твой бог, Израиль», «вот твоя сила, Израиль».

Сейчас мы посмотрим, что произошло и почему Аарон вообще в это вмешался, почему он стал иметь к этому отношение, когда к нему пришли с такими требованиями, а потом посмотрим, сколько вообще евреев в этом участвовало.

Пятый стих: «И увидел Аарон, и построил жертвенник перед ним. И возгласил Аарон, и сказал: праздник Всевышнему — завтра». Здесь про Всевышнего сказано другое имя — имеется в виду четырехбуквенное имя, которое мы никогда не произносим. А когда народ говорил «это твой бог, который вывел тебя из Египта», точнее было бы перевести — «это твоя сила, которая тебя вывела из Египта».

«И увидел Аарон» — меня часто спрашивают, что значит «увидел», что именно он увидел? По одному мнению, он увидел, что вышел этот золотой телец сам собой, — как будто бросили дощечку, и вдруг он вышел, без того, чтобы что-то вообще выливали. И тогда у него не было никакого объяснения или оправдания, почему все это неправильно, — ведь народ увидел такое чудо. Мы, кажется, говорили о том, какая символика у быка, — что это одна из духовных сил, через которые Всевышний правит миром.

Устное предание дает и другое объяснение того, что увидел Аарон, — очень печальное. Мы, кажется, уже говорили об этом: когда Моше поднялся на гору, он оставил после себя двух заместителей и еще семьдесят старейшин — оставил Аарона и Хура. Но дальше мы вообще не видим Хура: после того места, где Моше поднимается на гору, мы больше нигде не встречаем Хура. Что же произошло? Хур, по преданию, — племянник Моше и Аарона, сын Мирьям. Вы помните, что Хур поддерживал руки Моше [во время войны с Амалеком]? Он был очень решительным человеком. Мы видим его в конце главы Мишпатим, в конце двадцать четвертой главы, а после двадцать четвертой главы он вообще нигде больше не упоминается как личность — разве что в начале нашей недельной главы, Ки Тиса, как дедушка Бецалеля, того, кто строит Мишкан, но уже не как действующее лицо.

И есть предание о том, что произошло: когда евреи из эрев рав захотели взять это золото и сделать золотого тельца и начали об этом говорить, Хур выступил очень резко против — и они его убили. И вот теперь у Аарона очень большая дилемма, дай Бог, чтобы никому из нас не оказаться в таком положении. Аарон не знает, что делать: если он поведет себя как Хур и скажет «ни за что, это безумие, это идолопоклонство» — и выступит очень резко против народа, — есть опасность, что евреи сделают с ним то же, что и с Хуром, — убьют. А у нас есть предание: если еврейский народ осмелится убить человека, который одновременно и коэн, и пророк, — для еврейского народа это считается самой последней чертой, ниже которой уже некуда. Такое у нас в истории уже случилось один раз: был человек по имени Захария, и еврейский народ убил его во дворе Храма — в Йом Кипур, который выпал на субботу; хуже этого уже некуда, потому что он был сыном первосвященника и к тому же пророком.

Аарон — тоже пророк. Есть предание, что Аарон был пророком еще до Моше, и его пророчество записано в двадцатой главе книги Йехезкеля, — а Йехезкель тоже потомок Аарона. И поэтому Аарон понимает: если он выступит против народа, есть опасность, что его убьют, а если его убьют — это будет для еврейского народа чем-то совершенно невыносимо ужасным, еврейский народ будет за это наказан без всякой пощады.