Правление царя Агрипы и религиозные течения того времени

Давайте вернёмся. Я хочу напомнить, что в прошлый раз мы посвятили раннему христианству полурока. А сейчас давайте поговорим, во-первых, о том, что происходит в последние десятилетия перед разрушением Храма.

Начнём с Рима — это необходимо. В Риме императоры меняются со скоростью год-два: этого убили, этот покончил с собой… Почти никто не умер от старости, скажем так. То есть идут бесконечные войны за власть, и понятно, что возникает вопрос, как эти войны влияют на то, что происходит здесь. А вот в Израиле есть четыре года передышки, я бы сказала, — передышки от римских наместников.

Один из императоров того периода — я не сомневаюсь, что все присутствующие слышали про него на уроках древней истории в советской школе — это Калигула. Человек был абсолютным сумасшедшим: мог привести своего коня в сенат и требовать, чтобы ему поклонялись, убивал всех, кого подозревал в том, что они его соперники, и так далее. Совершенно удивительно, но он очень дружил и очень симпатизировал внуку Ордуса — Агриппе.

Агриппа — внук Ордуса и Мирьям ха-Хашмонаит, его бабушку, как мы уже говорили, дедушка убил. А его мама поняла, что она и её дети очень быстро могут оказаться следующими жертвами, быстренько взяла своих детей и бежала в Рим. А в Риме оказалась под покровительством важных дам. Здесь очень важно понять: в Риме женщины политически абсолютно бесправны, но делают политику — то есть все эти жёны и любовницы бесконечных императоров, безусловно, влияли не только на происходящее в самом Риме, но и на политику во всей Римской империи. И когда такая дама становится покровительницей этой семьи, она, соответственно, заботится о том, чтобы Агриппа получил самое лучшее образование, какое только можно было получить в то время.

Так вот, он, собственно говоря, представитель двух культур. С одной стороны, он всё-таки потомок Маккавеев, и ясно, что у него были чёткие знания о еврейских традициях, и позже, уже как царь, он соблюдает их во многом — гораздо больше, чем его дед, скажем. А с другой стороны, он — личность, принятая в Римской империи, и близкий друг Калигулы.

И когда у Калигулы — а он страдал манией величия — появляется идея, что во всех храмах провинции должны быть выставлены его статуи, чтобы им поклонялись, Агриппе удаётся достучаться до его разгорячённого и размягчённого мозга и уговорить его, что в его случае этого делать не нужно. Потом Калигулу убивают — снова очередной переворот.

Я читала — и вполне готова этому поверить применительно к кому угодно в те времена, — что Агриппа попался в самом Риме на взяточничестве и долгах: все вели настолько роскошный образ жизни, что он превышал все их доходы, и понятно, что можно было впутаться в любую денежную историю. Он бежит из Рима в Израиль, и его назначают сперва правителем небольшого района в Галилее, в 37 году нашей эры, а постепенно расширяют это на всю территорию государства Ордуса. Она немаленькая. И надо отметить, что он пользовался колоссальной популярностью, в том числе в еврейских кругах.

Он очень старался соблюдать обычаи, хотя бы публично, — о его личной жизни никто ничего не знает, это не Ордус, он не демонстрировал такие вещи. Например, он приходил приносить бикурим, жертву с корзиночкой. Он старался строить в Иерусалиме, выделять деньги на нужды Храма, и был очень близок именно к прушим.

В Талмуде рассказывается такая история: на Регель царь должен был читать Тору перед народом, и он начал читать этот отрывок — что нельзя, чтобы царём был чужеземец, — и расплакался. А народ стал кричать ему: «Агриппа, ахину ата — ты наш брат!» И мудрецы это дело пресекли, сказали, что это подхалимаж: да, понятно, что он правит, но это не божественное правление, это власть от Рима, а помимо этого он хороший человек, и всё в порядке.

К сожалению, он очень неожиданно скончался, совсем молодым. У него остался сын — Агриппа Второй. Нет никаких свидетельств отравления, но это, конечно, могло быть, потому что он скончался посреди какого-то праздника с римскими представителями, так что вполне может быть, что ему что-нибудь подсунули, но свидетельств нет, об этом не говорилось.

— А сколько ему было лет? — Примерно, меньше сорока.

Действительно молодой мужчина в самом расцвете сил, который сумел на несколько лет как-то успокоить в стране все эти столкновения между римскими и еврейскими кругами.

После него… — А кому это было нужно? Почему бы не назначить тут римского наместника, зачем нам иудейское царство? — Иудея тогда снова вернула себе статус страны, находящейся в союзе с Римом, вместо того чтобы быть провинцией, — соответственно, из неё можно было выколачивать меньше, чем если бы она была просто провинцией Римской империи.

Ещё раз, в двух словах: мы говорим сейчас про сорок третий год нашей эры, когда он умирает. Нам остаётся два с небольшим десятка лет, и за это время меняются семь наместников. Идея одна — нахапать всё, что можно: налоги страшные, во всех конфликтах поддерживают нееврейское население страны. Римские наместники совершенно не готовы с уважением относиться к еврейским традициям, им они кажутся дикостью, они не понимают, почему евреи так сопротивляются римскому праву, и так далее. Это со стороны римлян.

Теперь — то, что происходит в Иудее. Хорошо об этом рассказывает история про Камцу и Бар-Камцу, и я по сегодняшний день убеждена, что она служит скорее примером: страна была раздираема внутренними конфликтами между самыми разными сектами, и количество сект было колоссальным.

Одна из самых известных — это ессеи, в районе Мёртвого моря. Христианство потом очень многое переняло от этой секты: отшельничество, запрет браков. Когда отыскали рукописи Мёртвого моря — там есть самые разные тексты: есть описание сокровищ, которые где-то припрятаны и которые, сколько их ни искали, так и не нашли; а есть и вот это — «Мильхемет бней ор би-вней хошех», Война сынов света с сынами тьмы. Совершенно ясно, что сыны тьмы — это прушим в Иерусалиме, которые завладели Храмом и изгнали настоящих праведников оттуда, в этом нет никакого сомнения.

— Но если они не женятся, откуда взяться следующим поколениям праведников? — Секта, скажем так, больше рассчитывала на то, что придут ещё и ещё люди и наступит наконец окончательное избавление. — Но разве это правильная вера? — Нет, дело не в правильности веры. Они просто ушли туда, потому что в городе стало невозможно жить: город захватили прушим. И они сидели там и ждали своего Машиаха: в этом свитке войны написано, что должен прийти их Машиах, всех спасти, и всё будет хорошо. «А мы пока потерпим без жён — мы ждём, когда он придёт и нас спасёт, и делаем всё, что нужно, чтобы он пришёл». Пару десятков лет — было не до того.

Дальше начинают появляться мудрецы, которых называют просто листим — разбойниками, и так далее. Но давайте попробуем немного понять идеологию сикариев.

— Я, честно говоря, не поняла: чем им мешали жёны? — Они отвлекают человека, отвлекают от служения. У нас — нет. Это был настоящий, очень серьёзный монастырь.

Ну, это нормально: понятно, что людей к этому тянет, это вполне логично. Девочки, вы все настолько проникнуты семейной еврейской идеологией, что вам очень тяжело понять эту идею.