«Послал Йеуду вперед»

Однажды рав Йосеф Шломо Каанеман, глава ешивы Поневеж, спросил меня: «Рав Яаков, какое колено посвятило себя Торе?» Что за вопрос? Конечно же, «Колено Леви, пусть учит Твоим законам Яакова, (преподает) Твою Тору Израилю» (Дварим, 33), как пишет Рамбам в «Законах седьмого и пятидесятого годов». Или Иссахар, как сказано: «Из сынов Иссахара -- бина ла-итим (понимающие во временах), знающие, как следует поступать Израилю» (Диврей а-Ямим 1, 12:32), как объясняется в трактате Йома.

Рав Каанеман продолжил спрашивать: «Почему же тогда наш праотец Яаков послал Йеуду "перед ним обучать закону в земле Гошен", то есть открыть там ешиву. Почему он не послал Леви или Иссахара?»

«Ответ написан в Гемаре, --- сказал я, --- сказано: "Знаток Торы, указывающий законы, может быть только из колена Леви или Иссахара". Спрашивают: а может быть, тоже из колена Йеуда, как сказано: "Йеуда -- законодатель мой" (Теилим, 60). Отвечают: Йеуда -- законодатель только в талмудических дискуссиях, а Леви и Иссахар -- это судьи и законоучители. А в ешивах, как известно, занимаются как раз дискуссиями, а не выведением практического закона».

Рав улыбнулся своей чудесной улыбкой и сказал: «Вы забыли, что сказано у Рамбама прямым текстом». Какой это был укор -- как можно забыть Рамбама?!

Что же сказано у Рамбама? Говорит Гемара, что наш праотец Авраам был старцем, сидевшим в ешиве, как сказано: «А Авраам состарился» (Берешит, 24). [В трактате Кидушин сказано: закен (старец) означает: зе кана хохма --- приобретший мудрость.] Праотец Ицхак был старцем и сидел в ешиве, как сказано: «И вот, состарился Ицхак» (Берешит, 27). Праотец Яаков был старцем, сидевшим в ешиве, как сказано: «И глаза Исраэля ослабли от старости». Со времен наших праотцов не исчезала ешива. Евреи были в Египте, -- и у них была ешива, как сказано: «Иди и собери старцев Израиля» (Шмот, 3). Были в пустыне -- ешива с ними, как сказано: "Соберу себе семьдесят человек из старцев Израиля"».

Пишет Рамбам: «Он (Авраам) шел, и созывал людей, и собирал их ... пока не собирались у него тысячи и десятки тысяч, и сеял в их сердце эту великую истину (веру в Б-га), и писал книги об этом, и передал это своему сыну Ицхаку и учил его. Ицхак же передал Яакову и назначил его обучать всех, присоединившихся к нему, а Яаков обучал всех своих сыновей, и выделил Леви, и назначил его главой, и посадил его в ешиву обучать пути Творца».

Получается, что Леви был главой ешивы! Почему же он послал Йеуду основывать ешиву в Египте?

«Объясню вам, --- ответил рав из Поневежа, --- почему именно Йеуда был выбран.

Когда Йосеф обвинил братьев в шпионаже, арестовал Шимона и потребовал, чтобы ему привели Биньямина, наш праотец Яаков возмутился: "Вы лишили меня детей! Йосефа нет, и Шимона нет, и Биньямина хотите забрать!... Мой сын не пойдет с вами!" Однако голод был тяжек, и Яаков просит, чтобы они снова пошли в Египет за едой. Братья отвечают, что не могут пойти без Биньямина. И тогда Йеуда говорит: "Я буду за него порукой, и с меня ты за него взыщешь: если я не приведу его к тебе (обратно) и не поставлю перед тобой, то до конца дней буду перед тобой виновен".

Честно говоря, это непонятно. Они ведь собирались войти, можно сказать, в львиное логово. Предстать перед враждебно настроенным наместником царя, который оклеветал их, причем сила и власть -- в его руках.

Как же Йеуда обязуется в том, что не в его власти, не в его силах? Как он выступает поручителем в этом?

Но факт, что поручился и обязался. И когда Биньямина ложно обвинили в воровстве, он предложил себя вместо него, и в итоге -- вернул отцу, как и обещал.

Человек, который способен обязаться на то, что выше его сил и возможностей -- такой человек способен открыть ешиву!»

Рав из Поневежа говорил то, что делал!

Как известно, однажды он встретился с адмором из Слонима, автором книги «Нетивот Шалом», который в то время был занят строительством ешивы «Бейт Авраам». Обратился к нему ребе из Слонима, который был главой ешивы, и спросил: «Рав из Поневежа, у меня есть вопрос. Имеем ли мы право брать огромные ссуды, когда не знаем, откуда вернем? Строить здание, нанимать рабочих, обязываться перед подрядчиком, -- когда мы не знаем, сможем ли заплатить?»

Нашел, кого спрашивать! Ведь именно так рав Каанеман и построил свою ешиву!

Ответил рав из Поневежа: «Я учился у Хафец Хаима, и у меня нет сомнения, что, если бы я спросил его, -- он бы ответил отрицательно. Это не входит в рамки обязанности прикладывать усилия (ховат иштадлут), и это будет заповедь, выполненная через грех!»

Ребе из Слонима опечалился: «Если так, к чему нам жизнь? Страдать в этом мире, да еще и в будущем мире получить наказание?»

Рав из Поневежа в ответ... просиял: «Ах, но каким сладким будет это наказание!»

Я не выдержал и спросил: «Но все-таки, как же Йеуда обязался?» Я не про Йеуду спрашивал, я имел в виду самого рава...

Он улыбнулся: «Что с вами сегодня, реб Яаков? То вы Рамбама забыли, а теперь -- Гемару?»

И процитировал, что сказано в трактате Недарим (50а) и у Рана: «Однажды ученикам раби Акивы потребовались деньги. Пошли они к одной матроне взять у нее в долг. Она сказала им: "Я не верю, что вы вернете вовремя". Сказал ей раби Акива: "Кого Вы хотите в качестве поручителей?" Ответила она: "Того, Кто создал мир, и большое море".

Когда пришло время возвращать ссуду, раби Акива заболел и не смог прийти.

Пошла матрона на берег моря и сказала: "Владыка мира, сегодня раби Акива, раб твой, заболел. А он назначил Тебя поручителем..."

Что сделал Всевышний? В тот день дочь цезаря сошла с ума: взяла сундук, полный золота и серебра, и бросила в море. Сундук всплыл, и море выбросило его там, где стояла матрона. Та открыла его и обнаружила огромное богатство. Когда же раби Акива выздоровел, он пришел к матроне, и сказал: "Известно и открыто Тому, Кто создал мир, что в тот день я был болен. А теперь я принес полную сумму".

"Всевышний уже возвратил мне ваш долг", --- ответила матрона. Она дала раби Акиве множество подарков и вернула ему все, что было в сундуке сверх той суммы, которую он был ей должен.

Ну, так разве мы -- поручители? Всевышний -- поручитель, а ведь все золото и серебро -- Его!»

И вот, что еще рассказал рав из Поневежа. В свое время он взял множество долгов, чтобы обеспечивать ешиву и школы, которые он открыл в Поневеже. Когда заимодавцы начали требовать возврата долгов, он взял большую ссуду в банке. Подошел срок возвращать ссуду, а у него не было, чем возвращать. Нотариус -- нееврей предупредил рава, что если он не заплатит, на него подадут в суд. Публичный суд раввина, который не возвращает ссуду, -- это могло быть большое осквернение Имени Всевышнего, а самого рава могли посадить в тюрьму и дать большой штраф. Но денег не было.

Рав сидел и спрашивал себя: откуда придет помощь? [См. Теилим, 121:2: «Поднимаю глаза мои к горам --- откуда придет помощь? Помощь мне --- от Г‑спода, сотворившего небо и землю».] Вдруг к нему постучался еврей. Попросил посоветоваться с равом. Рассказал, что он шамаш (служка) в синагоге в соседней деревне. Его сын уехал в Америку, там попал в армию и погиб во время Первой мировой войны. А сейчас американская армия послала ему компенсацию -- очень приличную сумму. Однако шамаш боится, что об этом узнают в деревне, и уменьшат его зарплату, которая и так крошечная. Поэтому он подумал отдать деньги раву на хранение. Причем он не против, чтобы рав пока что воспользовался деньгами на свое усмотрение, при условии, что вернет их в любой момент, когда шамаш потребует.

Что оказалось? Что это была в точности та сумма, которую рав был должен банку!

Прошло некоторое время, и тот еврей пришел просить свои деньги. Было это в один из дней холь а-моэда, когда большая часть еврейских предприятий закрыта, и у рава не было шансов взять у кого-то ссуду.

Что же делать?

Рав встретил гостя с радостью, и предложил: «Прежде всего, давайте покушаем. Вы ведь пришли издалека. Пожалуйста, окажите мне честь выполнить заповедь гостеприимства!» Тот согласился, они сели за стол, устроили трапезу с хлебом, как положено в холь а-моэд. Так рав удостоился небольшой отсрочки. Но вот трапеза подходит к концу. Откуда же взять деньги вернуть долг?

Тем не менее сейчас праздник, чья главная заповедь -- радость. Так что нужно продолжать быть в радости. Рав и гость омыли руки после еды и приступили к благословению Биркат а-Мазон. Рав, как всегда, читал каждое слово вдумчиво и внимательно. Когда он приступил к строке «и да не будет у нас никогда недостатка ни в каком добре», раздался стук в дверь. Кто-то из домашних открыл: на пороге стоял городской почтальон. Он принес чек, который пришел сегодня по почте на имя ешивы. Чек -- ровно на сумму ссуды.

Земли жрецов

«Только земли жрецов он не купил, ибо положен был участок жрецам от фараона, и они питались со своего участка, который дал им фараон; посему и не продали земли своей» (Берешит, 47:22).

Читая стих о земле жрецов, оставленной Йосефом, изумляешься. Ведь, на первый взгляд, было бы правильно воспользоваться ситуацией и, в первую очередь, отнять именно земли жрецов! Ведь это жрецы идолов, являющиеся самым большим источником духовной нечистоты. Да и вряд ли фараон стал бы вмешиваться в дела Йосефа, баснословно обогатившего его и спасшего от голода всю страну. Так почему же Йосеф не воспользовался случаем нанести удар по представителям сил зла?

Атеисты и верующие

Рав Ицхак Зильбер (благословенна память праведника) часто приводил пояснение, что атеисты и прочие безбожники всегда хуже, чем люди верующие, даже если они движимы сомнительными побуждениями.

А в качестве иллюстрации он приводил сравнение между последствиями деятельности испанской инквизиции и последствиями деятельности глав ведущих держав времен Второй мировой войны. Менее чем за сто лет антиеврейской деятельности, инквизицией были замучены около семидесяти тысяч евреев. В результате Второй мировой войны, развязанной светскими лидерами Германии и Советского союза, погибли шесть миллионов евреев и десятки миллионов представителей других народов! Рав Ицхак Зильбер объяснял эти цифры не разницей в технических возможностях (почитайте мидраши на «Мегилат Эйха», где рассказывается о миллионах евреев, погибших во время разрушения Иерусалимского Храма), а тем, что приверженцы религиозных убеждений обладают хоть какими-то рамками и правилами, соблюдения которых строго придерживаются. Наличие вероисповедания, предусматривает и наличие канонов. Какими бы они ни были, их соблюдение обеспечивает присутствие минимального порядка и хоть какой-то справедливости. Люди же светские, одержимые идеями и не ограниченные никакими рамками, способны пойти на любые жертвы ради достижения поставленной цели.

Итро, спасший Йосефа

В «Таргум Йонатан» (Берешит, 47:22) говорится, что Йосеф не просто так оставил земли жрецам. Этим он выразил свою благодарность за то, что они отвергли обвинения жены Потифара. По-видимому, после проведенного расследования им стало очевидно, что речь идет о навете. Разумеется, оправдать бесправного египетского раба, когда против него «свидетельствует» вельможа, не представлялось возможным. Однако изменить смертный приговор на тюремное заключение им все же удалось. Духовенство, будучи единственно образованной прослойкой общества, выступало в роли судей. И, как видно из истории с Йосефом, они же представляли собой единственную силу, способную на хоть какую-то справедливость. Особенно, когда среди них находится такой человек, как Итро. Да, да! Это не ошибка. Так следует из пояснения Рабейну Бахье о причине бегства Моше именно туда, где жил Итро. Моше понимал, что египетские власти не оставят его в покое и за пределами их империи. Почему он бежит к Итро? Он направился именно туда, зная, что на имущество и свободу действий Итро, как бывшего египетского жреца, не распространяется власть фараона. Здесь ему легче затеряться. Предположение Моше полностью оправдалось. Благодаря этому комментарию Рабейну Бахье, Итро открывается для нас не только как советник фараона, отказавшийся участвовать в заговоре о порабощении евреев (трактат Сота), но и как спаситель Йосефа.

Миссия Йосефа

«Но теперь не печальтесь, и да не покажется вам досадным, что вы продали меня сюда; потому что для сохранения жизни послал меня Б-г перед вами» (Берешит, 45:5).

История о продаже Йосефа и его становлении в Египте всегда вызывает немало вопросов. Например, почему Йосеф не попытался сообщить отцу о том, что он жив, когда достиг величия и получил свободу действий?

Чтобы разобраться с этим вопросом, нам потребуется обратить внимание и на другие проблемы, возникающие при изучении этой темы. Когда фараон попросил пояснить содержание снов, почему Йосеф стал давать советы? Разве его позвали ради советов? Зачем Йосеф, уже находясь у власти, переселил все население Египта, да еще потребовав от них насильственного обрезания? Какая польза может быть от того, что идолопоклонники совершат обряд, который вообще не является для них заповедью? Ведь нигде не сказано, что хоть кто-то из египтян прошел гиюр! И еще непонятно, почему фараон потакал во всем Йосефу говоря: « ...пойдите к Йосефу, что он вам скажет -- делайте» (Берешит, 41:55).

Поведение Йосефа объясняет рав Моше Альшех («Торат Моше»). Сказано в книге «Зоар» (192:2), что Йосеф был послан Небесами в Египет для того, чтобы подготовить почву для прибытия туда Яакова с семьей. Йосеф выступал там в роли колесницы Всевышнего, на которой прибывала Его Шехина.

И поскольку не все еще было готово, преждевременный приход Яакова в Египет мог ускорить погружение его семьи в нечистоту этой страны. Ведь как спешил потом Всевышний вызволить евреев из египетского плена --- только бы они не успели опуститься до пятидесятой ступени нечистоты. И все это --- потому что Египет является наиболее духовно-нечистым местом на всей земле, как говорится об этом в «Коэлет Раба» (1:9). Поскольку земля египетская считалась самым нечистым местом, она и была выбрана на роль «плавильной печи» для народа Израиля, где влияние внешней среды будет особенно сильным, а процесс очищения будет наиболее эффективным.

Вот и устроил Всевышний так, чтобы сыновья Яакова спустились в Египет, где под воздействием бедности и рабского труда очистились от скверны первородного греха. Чтобы еврейские души и тела были очищенны от примеси скверны змея.

Однако при этом Всевышний сделал так, чтобы сыны Яакова не подпадали под влияние небесного покровителя Египта. И чтобы пропитание их зависело не от египтян, а напрямую шло от Всевышнего. Поэтому Всевышний отправил Йосефа в Египет за двадцать два года до того, как туда спустятся Яаков с сыновьями. Йосеф должен был стать проводником Шехины, распространение которой совершалось двадцатью двумя буквами Святого языка, на котором написана Тора. И чтобы ангел-покровитель Египта не мог хвастаться тем, что сыновья Яакова пребывали там под его покровительством, а значит, под его влиянием. Именно для этого и были посланы Всевышним семь сытых и семь голодных лет, что было не по силам никакому небесному покровителю. А Яаков с сыновьями пришли в Египет как раз в голодные годы, чтобы питаться едой Йосефа, а не египтян.

Это же объясняет непонятные моменты во сне фараона. Коровы вдруг появлялись не из полей, а из реки, а семь колосьев сытых лет произрастали не прямо из земли, а на одном стебле, что должно было указать на Б-жественную причину. И тучные, и худые коровы выходили из Нила, что являлось знаком наличия воды в реке даже в голодные годы. А причиной благоденствия и неурожая очевидно являлся Всевышний, а не природные условия. Также и семь колосьев, произрастающих на одном стебле, пришли подчеркнуть единство Творца, и что спасение Египта передано Небесами в руки одного человека (одного стебля), -- Йосефа. Поэтому и сказал Йосеф, что необходимо назначить такого человека, который будет подходить на роль проводника Б-жественного изобилия. А назначение на эту роль человека, не имеющего отношения к Всевышнему, может повлечь за собой непоправимые последствия.

Насильственное переселение и обрезание всех египтян также было связано с подготовкой условий нормальной адаптации семьи Яакова. Переселение с насиженных мест было сделано для того, чтобы разрушить созданные каналы, по которым жители Египта подпитывались силами духовной нечистоты. А требование совершить обрезание имело целью ослабить влияние сил разврата, свойственных той земле.

Приведенные пояснения дают нам возможность понять причину того, что Йосеф не сообщал отцу о себе на протяжении двадцати двух лет. Ведь он был занят важным делом -- ослаблением влияния сил небесного покровителя Египта и распространением там Шехины. А если бы он сообщил отцу о себе, то Яаков мог бы предпринять попытку спуститься в Египет. А для этого еще не были готовы все условия. С другой стороны, и отец мог обязать Йосефа прийти в землю Кнаана, на основании заповеди уважительного отношения к родителям. А разве можно было отложить выполнение столь важной задачи, от которой зависело будущее всего народа Израиля.