Мудрость без традиции

Связь между бытием и возникновением, раскрытая в учении Рамбама. Обсуждение философских взглядов на предвечность мира и их ограниченность в познании духовных истин. Связь бытия с возникновением Законы человеческого познания, как известно, начинаются с материальных органов чувств, а все заключения основаны на открытой органам чувств, сущей, материальной реальности — «снизу — вверх». И как объясняет Рамбам в Морэ Невухим (2:17), главный ответ еретикам, утверждающим предвечность мира, основан на том, что из сущего бытия нельзя делать выводы о его возникновении.

И объясняет он там, что все умозаключения, приведенные Аристотелем и его учениками в подтверждение предвечности мира, построены на анализе уже существующего, видимого нами бытия. Это «учение» зиждется на разумных заключениях и человеческой мудрости, согласно ее восприятию реальности. Но эта реальность не может ничего сообщить нам о том, что предшествовало ей — о своем возникновении и корне этого возникновения.

И он приводит там притчу о ребенке, с рождения живущем на отдаленном острове, что в жизни не видел ни женщины, ни самки животного. А когда он повзрослел, спросил у живущего с ним, откуда он взялся. А тот, стал рассказывать ему, как он был «засеян» в утробе матери, развивался там на протяжении девяти месяцев…

И наш мальчик, без всякого сомнения, не мог принять подобную историю, отрицая саму подобную возможность — как человек может возникнуть из «семени»? Как он может жить в утробе, без воздуха и еды, без избавления от отходов? Тоже самое, объясняет он там, относится ко всем аспектам бытия вообще. «А главное здесь, как мы уже упоминали, что свойства сущего, в его завершенном состоянии, ничего не говорят о его свойствах до его завершения»

(там) и хорошо пойми это. Осязаемая мудрость Мудрость философии — это мудрость, относящаяся к осязаемой реальности, как и пишет об этом Рамбан: «Ибо мы должны были закрыть рты тем, что учат мудрость природы, последователям того эллина, отрицающего все, кроме осязаемого им. Что дерзнул считать — он и его ученики-злодеи, будто все, что не постижимо их разуму — не истина» (Глава Ахарей мот).

«Эллин», — это Аристотель, «глава еретиков, веривший только в осязаемое, он искал осязаемые мудрости, отрицая духовные». «Осязаемые мудрости» — это рассуждения разума, основанные на бытие материального мира — «снизу вверх». Как очевидно из самой сути этой мудрости, она подвержена ошибкам, разногласиям и трудностям.

По своей природе, эта мудрость не способна постигать за пределами ограниченного. Мудрость сомнений Философ, подвергает сомнению любую вещь, пока не исследует своим разумом ее корень и основу. А в то, что он не может подтвердить своим рассуждениями, он не верит. В эти исследованиях чем больше у него было сомнений, тем больше он постигает.

Как и говорит об этом Рамак: «О Б-жественности, с точки зрения исследователей и мудрецов Каббалы. Исследователи постигали её рассуждениями и сомнениями, и каждый из них возражал другому, с каждым новым рассуждением и сомнением. Но мы, народ Всевышнего, владеющие истинной традицией (каббалой), полученной Моше с Синая, знаем о Б-жественности все, что Он, благословенный, захотел открыть Моше, учителю нашему, и Израилю, в том откровении, в Торе и ее тайнах. И нам известно об этом больше, чем необходимо для сомнений, так, что мы подходим к Б-жественности не из-за возникающих сомнений, а благодаря дару, данному нам Всевышним, когда Он сказал: “Я Г-сподь, Б-г ваш…”, и открыл нам Б-жественность в Своей Торе.

А мы должны учить и исследовать Тору, понимать из нее Основы, необходимые для объяснения Торы, а не для разрешения наших сомнений» (Элима, мэаян 1, 16). Мудрость без традиции Рамбан подробно объясняет корень ереси: отрыв от традиции, от получения истинной мудрости. И в этом еретики хуже, чем поклоняющиеся идолам.

Они вообще перевернули все с ног на голову — поверили только в осязаемую мудрость, отрицая всякую мудрость духовную. «Отсюда ты увидишь жестокость главы философов и его упрямство, да сотрется его имя! Он отрицал ряд вещей, которые видели многие, мы воочию видели их истинность, и это стало известно всему миру, еще в те, древние времена. Например, во дни Моше, учителя нашего это было известно всем.

Ибо все мудрости того времени были духовными, например, связанные с бесами, колдовством, воскурениями ангелам небесным. Из-за их близости к сотворению мира и потопу, не было человека, который бы отрицал сотворение мира и не признавал бы Б-жественности. Они только искали себе пользы от служения солнцу, луне, созвездиям, делали их изображения, ради использования высших сил. Ведь даже среди философов, как написано в Книге талисманов, были такие, что приводили изображения “духа” и “речи”.

А когда появились эллины — новый народ, не унаследовавший мудрость, как выразилсяавтор книги Кузари, встал известный человек(Аристотель), который не верил ни во что, кроме осязаемого, который искал осязаемых мудростей, отрицая духовные, и он сказал, что бесы и колдовство — чушь, что в мире действуют только “природные” (т.е. материальные) силы, тогда как известно, что это не так. Во всяком случае, во время Моше, учителя нашего, не было ни единого злодея — еретика, отрицающего это» (Торат а-Шем тмима).