Нефеш аХаим 42. Врата третьи. Глава 1

Всевышний называется «Местом», потому что Он содержит и поддерживает существование всего мира, в то время как сам мир не является Его местом. Мудрецы сравнивают это с тем, как душа оживляет тело, но сама не зависит от него. «…и также первые благочестивые люди задерживались один час… чтобы обратить свое сердце к Месту…».

Почему здесь Всевышнего называют Маком («Место»)? И также в Пиркей Авот (2:13) сказали: «Когда ты молишься, не делай свою молитву рутиной, но милосердием и молением перед Местом, благословен Он». Мудрецы намекали в слове «Место» на важную идею.

Нам нужно объяснить и понять, что они имели в виду, и объяснить связанные с данной концепцией стихи Писания. Уже сказано в Авот, что все слова Мудрецов подобны огненным углям. Как уголь, в котором заметна только искорка огня, если раздуть и переворачивать его — огонь возгорится и захватит его полностью, и ты сможешь пользоваться светом и теплом угля — но только пользоваться, а не держать руками, ведь когда огонь разгорелся, нужно остерегаться, как бы не обжечься. Такая аллегория относится ко всем [1] словам Мудрецов: даже если они кажутся краткими и простыми, — уподоблены молоту, раскалывающему скалу.

Чем больше человек анализирует, разбирает и тщательно исследует их, тем сильнее озарятся его глаза сиянием их великого света, когда он найдет в словах Учителей глубочайшие концепции… Но нужно весьма остерегаться их горящих углей (слов Мудрецов), чтобы не начать анализировать и исследовать их больше, чем нужно [2] . Как сказали там же: «…и грейся у огня Мудрецов», то есть — не отдаляться от изучения их высказываний совсем, ведь тогда человек ничего не воспримет от их мудрости, но и не слишком приближаться, чтобы не обжечься [3] , но «греться напротив». Этот принцип истинен и в наше случае, со словом «место».

Хотя его простое значение понятно, если мы изучим его детально, найдем, что Учителя заложили в нем великий смысл. Называние Всевышнего «Местом» Мудрецы объяснили в мидраше Берешит Раба на стих «И достиг он (Яаков) места» (Берешит 28:11).

«Рав Уна от имени рава Амии сказал: почему называют Святого, благословен Он, “Местом”? Потому что Он — место мира, а Его мир не является Его местом». И в Шмот Раба, и в Танхума гл. Тиса: «И сказал Г-сподь: вот место со Мной»

(Шмот 33:21): «Сказал раби Йоси, сын раби Ханины… Мое место дополнительно ко Мне, а не Я дополнителен к Моему месту». В простом понимании имеется в виду, что как место выносит и содержит объект, находящийся на нем, так, подобно этому, Творец — есть истинное Место, выносящее и дающее существование мирам и всем творениям. Если же Он уберет Свою силу от них даже на одно мгновение, обнулится место существования и жизненной силы всех миров, как написано (Нехемия 9:6): «И Ты оживляешь их всех».

Это — краеугольный камень веры Израиля, как писал Рамбам в начале своей книги [4] . Поэтому в Зоаре Господина всего называют «душою всех душ». Подобно тому, как душа дает жизнь и существоание телу, так Всевышний Один есть жизнь всех миров. Мудрецы также уподобляли поддержание существования всего мира силой Всевышнего — поддержанию существования тела силами души.

Сказали (Брахот 10): «Как душа наполняет и питает все тело, так Всевышний наполняет и питает…» В этом простой смысл концепции, что Всевышний называется «местом мира». Комментарии. Первая часть данной главы — некое предисловие и руководство для изучения Третьих врат.

Раби Хаим объясняет, что все слова Учителей уподоблены горящим углям, поскольку Тора идет от источника выше разума. А поскольку слова Мудрецов есть слова Торы, их внутреннее содержание всегда соприкасается с трансцендентным, находящимся вне всех миров. Учитель раби Хаима, Виленский Гаон, подчеркивал, что у всех слов Мудрецов есть различные уровни и грани, и внешняя грань всегда соответствует внутренней, ведь внешнее также соприкасается с самыми глубокими уровнями. Уподобив слова Мудрецов горящим углям, учителя Мишны учат нас правильному подходу к глубоким концепциям Торы.

С одной стороны, не следует воздерживаться от их изучения, ведь они необходимы, подобно углям, без которых почти невозможно жить. С другой стороны, подобно тому, как угли согревают издалека, но их не держат в руках и за пазухой, так нельзя изучать вопросы, разбираемые в Третьих вратах — такие как концепцию «Места мира» — таким же образом, как изучают другие части Торы, пытаясь объять их разумом. Нужно лишь задумываться о них «издалека», слегка затронув их снаружи.

Ни в коем случае не следует пытаться делать собственные далеко идущие выводы на основе понятого из этих вопросов. Ведь в любом случае наше понимание весьма поверхностно и наш разум слишком груб для полноценного постижения подобных концепций. Перейдем к сути вопроса, разбираемого в данной главе и в данных Вратах. Во Вторых Вратах речь шла о молитве, и концепция молитвы рассматривалась со все более высоких позиций, так что к концу Вторых Врат мы постигли: молитва затрагивает уровни, намного более высокие, чем ситуация человека в мире, и в определенном смысле относится к Самому Всевышнему.

В Третьих Вратах концепция молитвы поднимается на еще более высокую ступень. Здесь объясняется, что молитва есть «просьба о милосердии перед “Местом”. Речь идет о высочайшей концепции, никак не определенной границами мира. Эпитет “Место” по отношению ко Всевышнему основывается на высказывании Мудрецов: “Всевышний — место мира, а Его мир не является Его местом”.

Данное высказывание можно объяснить на двух уровнях — простом и глубинном. В нашей главе раби Хаим объясняет его в простом смысле, а в следующей главе будет идти речь о его глубинном значении. Простой смысл того, что мы называем Всевышнего “местом мира”, заключается в том, что и после творения мироздания у мира нет собственного существования, но Всевышний дает ему существование и жизнь каждое мгновение. Поэтому Мудрецы уподобили Всевышнего месту, как всякий объект в мире находится на определенном месте, которое дает ему возможность быть и существовать.

В высших мирах есть очень высокий корень, называемый “место”, и он является источником жизненной силы всех миров. Если бы Всевышний отнял Свою энергию, аспект называемый “местом” прекратил бы существовать, и тогда “обнулится место существования и жизненной силы всех миров”. Вторую часть высказывания Мудрецов — “мир не является Его местом” — можно объяснить следующим образом. Не следует утверждать, что мир есть место раскрытия Всевышнего, поскольку тогда можно понять, что мир есть отдельная реальность, существующая сама по седее, а Всевышний как бы выходит вовне, распространяется и раскрывается в ней.

Но это не так, ибо хотя в том аспекте, о котором мы говорим сейчас, мир есть отдельная реальность, в которой Всевышний распространяется и поддерживает ее существование, — вся жизненная сила данной реальности происходит из того, что в своем источнике мир не является чем-то отдельным от Творца, и корень всего мироздания находится у Него, как будет объяснено далее. Таким же образом можно растолковать и цитату из мидраша “Мое место дополнительно ко Мне, а не Я дополнителен к Моему месту”. Нам кажется, что мир есть реальность, обладающая собственным существованием, а Творец раскрывается в ней и распространяется в ней, чтобы дать ей жизнь. Но на самом деле мир, место раскрытия дополнительно к Нему, ибо все Его распространение в мире происходит из того, что корень отделенных миров находится у Него.

До сих пор разъяснялось простое понимание понятия “место”, а в следующей главе будет идти речь о глубинном смысле слов Учителей. [1] В Мишне сказано: “ все их слова подобны горящим углям”, даже те, которые на первый взгляд не говорят о каких-то глубоких концепциях. [2] Понятие “больше, чем нужно” индивидуально, зависит от “широты сердца” конкретного человека. [3] “Обжечься” в данном случае означает — потерять разумность мысли и логическое мышление из-за чрезмерных размышлений о данных вопросах.

Далее, в конце главы 8, упоминается, что этом может привести даже к отходу от Торы и заповедей. [4] Мишне Тора, Законы основ Торы: “Основа основ, фундаментальный принцип мудрости — знание о том, что есть Тот, Кто существует предвечно, и Он — первопричина всего сущего. И все, что есть в мире — на земле, в небесах и под небом, — обязано своим бытием Его сущности. И если допустить, что Он не существует, то из этого последует вывод, что не существует вообще ничего.

Если обо всем, кроме Него Самого, сказать, что этого не существует, то это не будет означать, что не существует и Он, ибо Его существование безусловно. Ибо все сущее зависит от Него, в то время как Он, благословенный, не зависит как от мира в целом, так и от каждой отдельной сущности в нем. И непреложность Его бытия несравнима с непреложностью их существования”.