Вера и Провидение 12. Виленский Гаон. Праведный пришелец Авраам бен Авраам

Из цикла «Вера и Провидение», темы: Виленский Гаон, Гиюр, Изучение Торы, Граф Потоцкий, Рав Хаим Бурштейн Автор Рав Хаим Бурштейн первый материал цикла Вера и Провидение 1. Введение составителя предыдущий материал цикла Вера и Провидение 11. Виленский Гаон. Дом Учения Виленского Гаона следующий материал цикла Вера и Провидение 13.

Виленский Гаон. Жребий Виленского Гаона последний материал цикла Вера и Провидение 14. Виленский Гаон. Противостояние реформе иудаизма и «просвещению»

Граф Валентин Потоцкий, польский аристократ, отказался от богатства и высокого положения ради принятия иудаизма. Он принял мученическую смерть на костре в Вильне во имя освящения Имени Творца. В летописях Литовского Иерусалима навечно сохранилась память о праведном пришельце — графе Валентине Потоцком. Он учился в католической семинарии в Вильне, увидел еврейскую общину этого великого города, отправился в Париж, затем прошел гиюр в Амстердаме и присоединился к народу Израиля, войдя под крылья Б-жественного присутствия.

За это по приговору церковного суда он был сожжен в Вильне возле кафедрального собора. Граф Валентин Потоцкий после прохождения гиюра взял себе имя Авраам бен Авраам. Он освятил Б-жественное имя, пожертвовав своей жизнью во имя Всевышнего, во время его казни на аутодафе в присутствии католической и светской польской знати и вернул свою душу Творцу во второй день праздника Шавуот 1749 года. На протяжении почти трех веков отцы рассказывали детям предание о графе Потоцком.

Граф Валентин Потоцкий происходил из известной семьи польских аристократов, владевшей землями и многочисленным имуществом во многих областях страны и занимавшей важные политические должности в управлении государством. Он обладал выдающимися способностям и учился в католической семинарии в Вильне. Граф Потоцкий не был знаком с евреями, пока однажды не оказался в еврейской части города, и что-то привлекло его внимание. Он зашел в несколько синагог и увидел, сколь разительно они отличаются от привычных ему костелов.

Граф Валентин Потоцкий отправился для продолжения учебы во Францию, где встретил мудрого еврея, с которым начал изучать Танах и Талмуд. Раскрыв для себя истину, он скрылся в Амстердаме, отличавшемся свободой вероисповедания, прошел гиюр и присоединился к народу Израиля, взяв себе имя Авраам бен Авраам. Тем временем семья и католическая церковь разыскивали пропавшего графа, оставившего семинарию, однако не могли его найти. Сердце праведного пришельца пылало сильнейшим желанием вернуться в Литовский Иерусалим, величие еврейской общины которого произвело на него столь сильное впечатление и привело к народу и Б-гу Израиля.

Однако это представляло большую опасность, поскольку его разыскивали в первую очередь в Польше. И все же он покинул Амстердам и отправился в Вильну. Облаченный в талит и тфилин, днем и ночью он изучал Талмуд в одной из небольших синагог на краю города. Праведные женщины приносили еду для всех находившихся там мудрецов, посвятивших себя Торе.

Авраам бен Авраам посетил рава Элиягу, который спросил его, зачем он приехал в Вильну, подвергая себя смертельной опасности. Граф Потоцкий ответил, что его сердце стремится к свету Торы, сияющему в этом городе. Сказал ему Гаон: я вижу совсем другой огонь — пламя костра. Рав Элиягу посоветовал ему переехать в небольшое местечко, где никто не сможет его отыскать.

Праведный пришелец незамедлительно последовал совету Гаона и отправился в Илью (Минский уезд, Беларусь). Местные евреи тепло приняли гостя, увидев его возвышенный образ и усидчивость в учении. Никто, кроме раввина, не знал о его происхождении. В Илье проживал еврейский портной, который обслуживал местного барина, и до него дошло известие, что Потоцкие разыскивают своего пропавшего сына, который, по слухам, принял иудаизм и скрывается среди евреев.

Он начал подозревать, что отличающийся от всех юноша, говорящий с акцентом на идиш и владеющий литературным польским языком, мог оказаться тем самым разыскиваемым человеком. Его имя Авраам бен Авраам также наводило на мысль о прохождении им гиюра. Портной польстился на обещанное вознаграждение и донес властям о том, что в их местечке появился некто, подходящий под описание графа Потоцкого. Авраам бен Авраам был задержан жандармами, доставлен в Вильну и помещен в подземелье монастырской крепости.

Сразу же после ареста праведного пришельца в Вильну приехали его родители и молили сына о том, чтобы он оставил еврейство и вернулся в лоно католической церкви ради спасения своей жизни, но он был непреклонен. Ни слезы родителей, ни пытки, которым его подвергали священники, не повлияли на праведника. Он выносил тяжкие мучения, оставаясь верным Всевышнему и готовым пожертвовать во имя Него своей жизнью. Родители уговаривали его покаяться лишь на словах, втайне сохранив веру в единого Б-га, но он от этого категорически отказался.

Духовное величие графа Потоцкого было столь очевидно, что даже его мучители просили у него прощения за причиняемые ему страдания. Авраам бен Авраам перед смертью простил их всех и даже выдавшего его портного, молясь о том, чтобы тот не утратил долю в Грядущем мире. Рассказывают, что на протяжении поколений потомки доносчика страдали от различных болезней, рождались слепыми, глухими, хромыми, и дни их жизни были непродолжительны. Жители местечка Илья не вступали в брак с его детьми.

Виленский Гаон несколько раз посещал праведного пришельца в заключении и поддерживал его во время тяжелейших испытаний. Авраам бен Авраам пребывал в сильном волнении, но не по поводу своей неминуемой гибели, а из-за сомнения, смог ли он искупить те годы жизни, когда был далек от Б-жественного Завета. Рав Элиягу предложил освободить праведника посредством практической Каббалы, выведя его через замочную скважину, но тот отказался, предпочтя поступить согласно требованию Закона: пожертвовать своей жизнью во имя Г-спода. Виленский Гаон говорил, что душа графа Потоцкого спустилась на землю из самых высоких миров.

Узника вели на аутодафе по Большой улице во второй день праздника Шавуот для показательной казни. Евреи скрывались в тот час в своих домах и синагогах, заперев их на все засовы, опасаясь погромов со стороны бесчинствующих христиан, подстрекаемых ксендзами, разжигавшими ненависть к евреям. Внезапно он услышал голос Гаона: «Реб Авраам, идите быстрее!» Разъяснение этому следующее: праведный пришелец, ведомый на смерть, задумался о том, следует ли ему замедлить шаг, чтобы прожить еще несколько мгновений в служении Г-споду, или устремиться скорее освятить Б-жественное имя, ибо заповеди надлежит исполнять с предельной расторопностью.

Слово Виленского Гаона разрешило его сомнение. Согласно преданию, Авраам бен Авраам шел на казнь, вознося в молитве Песнь Творцу: «Однако мы — народ Твой, сыновья Завета Твоего, потомки любимого Тобой Авраама, которому Ты дал Свою клятву на горе Мориа, потомки Ицхака, его единственного сына, который был возложен на жертвенник…» Рассказывают, что когда его охватил огонь, он призывал пламя костра сжечь тело, которое питалось некашерной пищей и грешило до принятия Торы. В невыносимых страданиях, читая Теилим, праведный пришелец вернул Творцу душу, вознесшуюся в высшие миры.

Мудрецы Тайного Учения отмечают, что самопожертвование графа Потоцкого привело к устранению внешних нечистых оболочек, сковывавших мироздание. Перед мучительной смертью Авраам бен Авраам изрек: «Благословен Ты Г-сподь, Б-г наш, Царь мира, Который освятил нас Своими заповедями и повелел нам освящать Его имя среди множества людей». Хафец Хаим сказал, что если бы при этом присутствовали десять евреев, которые ответили бы Амен на его предсмертное благословение, то пришел бы Машиах. Главы церкви, поддерживаемые властями, запретили захоронить прах графа Валентина Потоцкого.

Виленский Гаон призвал сделать все возможное для предания земле его останков на старом еврейском кладбище Шнипишек (Šnipiškės). Лейзер Шишкес — безбородый еврей — переоделся в нееврейские одежды, подкупил стражу крупной суммой денег, проник на место аутодафе, собрал пепел из потухшего костра, где нашел два несгоревших пальца. Рав Элиягу благословил Лейзера Шишкеса, и тот прожил 112 лет. На его надгробии было написано, что он удостоился долготы дней благодаря благословению Виленского Гаона.

Рав Элиягу завещал похоронить себя после смерти возле праведного пришельца Авраама бен Авраама. Из опасений возможного уничтожения властями могилы графа Валентина Потоцкого на его склепе долгое время было написано только имя Авраам бен Авраам без каких-либо дополнений. Возле его захоронения выросло необычное дерево с двумя вершинами, напоминавшее склонившегося в молитве человека. Оно росло почти двести лет и высохло перед началом Второй мировой войны, предвещая гибель еврейской общины Литовского Иерусалима.

Евреи приходили к гробнице графа Потоцкого, дабы излить в мольбе свои сердца перед Б-гом. Во второй день праздника Шавуот во всех синагогах Вильны произносили молитву Изкор за душу Авраама бен Авраама. В день смерти графа Потоцкого в 1749 г. родился рав Хаим, который стал ближайшим учеником Виленского Гаона и основал ешиву Воложин — «Мать литовских ешив».

Сохранилось предание, что однажды в еврейской семье в Вильне родился милый смышленый ребенок, отличавшийся величием души. Как только мать отняла его от груди, он скончался. К удивлению родителей, их пришел утешить Виленский Гаон, что явилось для них полной неожиданностью. Рав Элиягу сказал: «В вашем сыне воплотилась душа графа Валентина Потоцкого, который исправил себя при жизни во всем, кроме того, что ему было необходимо родиться у еврейской матери и быть вскормленным ее молоком.

Этим он полностью завершил свою задачу на земле».