Виленский Гаон. Алия в Землю Израиля

темы: Виленский Гаон, Земля Израиля, Изучение Торы, Алия, Рав Хаим Бурштейн Автор Рав Хаим Бурштейн первый материал цикла Вера и Провидение 1. Введение составителя предыдущий материал цикла Вера и Провидение 8. Виленский Гаон. Молитва Виленского Гаона следующий материал цикла Вера и Провидение 10.

Виленский Гаон. Возвращение в Литву последний материал цикла Вера и Провидение 14. Виленский Гаон. Противостояние реформе иудаизма и «просвещению»

Виленский Гаон считал Землю Израиля уникальным местом для духовного роста, однако его собственная попытка переезда в 1760 году внезапно прервалась по таинственным «небесным причинам». Виленский Гаон писал, что соблюдение заповедей обладает особой силой в Земле Израиля, где Божественное присутствие постоянно пребывает даже после разрушения Храма. Там не являются неожиданностью чудеса, и благословение Всевышнего распространяется оттуда по всему миру. Об этом сказано: «А земля, куда вы переходите, дабы унаследовать ее, — земля гор и долин, от дождя небесного пьет она воду.

Земля, с которой Господь, Бог твой, требует всегда, глаза Господа, Бога твоего, обращены к ней от начала до конца года» [1]. Рав Элиягу говорил, что только на Святой Земле Божественное присутствие проникает в душу человека, позволяя ему исправить пороки сердца и подняться на недоступный в изгнании уровень знания Торы и служения Всевышнему. Многие мудрецы, начиная с нашего изгнания из Иудеи и до сего дня, всей душой желали увидеть Иерусалим.

Моше рабейну обращался к Богу с многочисленными молитвами, дабы удостоиться ступить на Святую Землю. О любви еврейского сердца к Земле Израиля говорил царь Давид: «Ведь благоволят рабы Твои к камням его и прах его любят» [2]. Комментирует Раши: «Когда царя Йехинию и плененных вместе с ним вели из Иудеи в изгнание, они несли с собой камни и прах Иерусалима, чтобы возвести Дом Молитвы в Вавилоне»

[3]. Толкует Малбим: «Цийон был разрушен, поскольку Всевышний смилостивился над его жителями и излил Свой гнев на дерево и камень. Евреи благоговеют перед его камнями, ради которых проливают свою кровь, и прах его любят, пребывая в трауре и целуя прах Святой Земли» [4].

Кли Якар подчеркивает: «Духовное влияние свыше никогда не оставит еврейский народ, даже когда Храм на земле разрушен. Небесный Храм возвышается над ними, и из него всегда нисходит изобилие для потомков Авраама, ведь благоволят рабы Твои к камням его...» [5] Повествует Талмуд: «Рав Хийя бар Гамда с трепетом прикасался к праху Святой Земли, поскольку сказано: „Благоволят рабы Твои к камням его и прах его любят“ [6]» [7].

«Рав Ханина приехал из Вавилона и целовал камни Святой Земли, произнося: „Благоволят рабы Твои к камням его и прах его любят“ [8]». Стремление совершить алию в Землю Израиля придавало Гаону сил отправиться в нелегкое путешествие, несмотря на все тяготы дороги. Он приехал в Кенигсберг, откуда направил своей семье письмо, известное как «איגרת הגר"א» — «Послание Виленского Гаона», в котором просил не волноваться о нем и передал жене наставление о воспитании детей.

Это произошло примерно в 1760 году, тогда раву Элиягу исполнилось 40 лет. Он писал, что люди уезжают в дальние страны, оставляя семью на долгие годы, ради надежды на материальное обогащение, а он едет в Святую Землю, которую мечтает увидеть каждый еврей в Общине Израиля, для служения Всевышнему. Рав Элиягу отправился в путь с согласия жены, намереваясь вскоре перевезти в Иерусалим всю семью. Путешествие Виленского Гаона в Землю Израиля окутано тайной, и примерно через два месяца он с полпути вернулся назад.

Нам неизвестна причина его возвращения, и своим сыновьям он дал крайне лаконичный ответ: «Мне не позволили это сделать с Небес!» — и не привел никаких пояснений. Однако до самой старости он продолжал надеяться, что однажды сможет увидеть Иерусалим. Рав Исраэль из Шклова, возглавивший алию учеников Гаона в Землю Израиля, пытался раскрыть эту тайну, но ему это не удалось.

Некоторые мудрецы говорили: причина, по которой Гаон не достиг Святой Земли, состояла в том, что его душа содержала в себе искру души Моше рабейну, и в отношении него также исполнился Божественный декрет: «...не приведете вы это общество на Землю, которую Я дал им» [9]. Возможно, это произошло из-за того, что на Гаона возлагались важные задачи: передать глубочайшее знание Торы мудрецам Литвы и противостоять разрушению еврейской веры в Европе. Однажды он сказал: «Знайте, что в мире поднимается сильная буря, и в особой мере она захлестнет наших детей, но быть может, мы выстоим в Земле Израиля».

Сохранилось предание: когда рав Элиягу плыл на корабле в направлении Яффо, из его рук выпала книга Торы, которая открылась на стихе: «Взойди на вершину горы и обрати твои глаза к западу, северу, югу и востоку, и узри глазами твоими, ибо ты не перейдешь Ярден» [10]. Такими словами Всевышний известил Моше рабейну о том, что ему не суждено ступить на Святую Землю. Возможно, Виленский Гаон воспринял это происшествие как указание с Небес.

На решение Гаона также могло повлиять и то, что на Святой Земле не было ашкеназских евреев, кроме небольшой группы хасидов, образ жизни которых был для него неприемлем. И, по-видимому, он не хотел переносить на Святую Землю острейшие разногласия, расколовшие в то время Восточную Европу, о чем мы расскажем далее. В книге «Алиёт Элиягу» приводится еще одна вероятная причина возвращения Гаона в Литву.

Он считал, что участки Земли Израиля, находящиеся в собственности нееврея, не освобождают выросший там урожай от отделения десятин, и их запрещено обрабатывать в Субботний год. Он не был согласен с мнением рава Йосефа Каро — автора свода законов Шульхан Арух, который постановил, что до прихода Машиаха на эти поля не распространяются заповеди, связанные с Землей Израиля. Гаон не желал изменять порядок, сложившийся на Святой Земле, но и не мог принять это послабление. Еще одна возможная причина его возвращения такова: Гаон считал, что если первый день Рош а-Шана выпадает на шаббат, то в Иерусалиме — обители Большого Санхедрина — следует трубить в шофар.

Но этот обычай не был принят на горе Цийон. Также рассказывают об опасениях рава Элиягу, что хлеб на корабле нечист от насекомых, и он не сможет провести субботние трапезы во время долгого плавания. Эти предположения, однако, не отвечают на вопрос, почему Гаон вообще отправился в путь, — ведь все это ему было известно и прежде. В действительности, мы не знаем, что произошло в дороге и почему с полпути он вернулся назад.

Мы уже писали, что сам он никогда этого не разъяснял, сохраняя тайну произошедшего, и лишь отвечал: «Мне не позволили это сделать с Небес!» В книге «Алиёт Элиягу» приводится уникальная мистическая история: перед поездкой в Иерусалим Гаон отправил письмо в небольшое местечко возле города Броды в Галиции некоему реб Лейбу. Посланец начал разыскивать адресата, но все жители с удивлением говорили, что среди них нет никого с таким именем.

Вдруг кто-то вспомнил, что на винодельне, принадлежащей богатому еврею, трудится рабочий, которого все называют Лейбка. Но разве может случиться, что к нему обратится Виленский Гаон? Несколько часов бесплодных поисков привели посланца к хозяину винодельни, который подтвердил, что Лейбка — честный праведный еврей, служащий Богу, но вряд ли его имел в виду рав Элиягу. Посыльный застал работника среди бочек вина за чтением Теилим после тяжелого рабочего дня.

Свет, излучаемый глазами скрытого праведника, сразу же убедил его в том, что он нашел нужного человека, и передал ему послание. Реб Лейб его быстро прочел, положил в огонь и сказал: «Передайте отправителю, что я не могу его сопровождать и сомневаюсь, что сам он достигнет цели и не вернется назад». После этого жители местечка совсем иначе стали относиться к реб Лейбу — человеку, к которому обратился Виленский Гаон. Рав Элиягу не совершил алию в Землю Израиля, но до конца жизни надеялся, что все же сможет однажды подняться в Иерусалим, и призывал к этому своих великих учеников.

Первые три группы учеников Гаона совершили алию в 1808–1810 годах. Они намеревались поселиться в Тверии, но там за 30 лет до этого уже обосновалась небольшая группа хасидов. Из-за разницы в обычаях и жизненном укладе отношения между ними не сложились, и выходцы из Литвы отправились в Цфат. В этом городе, расположенном на высокой горе, проживали восточные евреи, сохранившие память об Аризале, раве Йосефе Каро, раве Моше Алшейхе и раве Шломо Алькабеце — первом поколении Последних комментаторов, прославивших Цфат и весь народ Израиля.

Они приветливо приняли ашкеназов, с интересом наблюдали за их обычаями и интересовались принятыми в Литве методами изучения Талмуда и выведения закона. В 1816 году рав Менахем Мендель из Шклова основал ашкеназскую общину в Иерусалиме, которая следовала обычаям Виленского Гаона. Экономическое положение в Израиле тогда было очень тяжелым, не было возможности заработать средства к существованию, и община всецело зависела от поддержки из-за границы. С этой целью в Литве был создан фонд «Мидраш Элиягу».

Известие о том, что через много веков после изгнания ученики Виленского Гаона совершили алию из Литвы в Землю Израиля, мгновенно распространилось по всей Европе, и это способствовало началу алии евреев в Святую Землю. [1] Дварим –12. [2] Теилим 102:15. [3] Раши, там же.

[4] Малбим, там же. [5] Кли Якар, Берешит . [6] Теилим 102:15. [7] Ктубот 112б.

[8] Тосафот Рош, там же. [9] Бемидбар . [10] Дварим .